— Не тревожьтесь, Эмилия. Завтра утром я с ней поговорю!
— Вот и хорошо… Наш долг присматривать за ней, не так ли?
Рикар нагнулся, чтобы поднять закладку, которая упала на пол, потом выпрямился и поцеловал жену в щеку.
Они были женаты почти тридцать лет, и теперь между ними не было ничего, кроме совместных родительских обязанностей и привычки жить вместе. Однако, мысль о разводе никогда не приходила ему в голову…
— Засыпайте поскорее, Эмилия, иначе вы будете завтра утром усталой.
Она напомнила:
— Но сейчас уже утро!
И добавила:
— От вас так приятно пахнет, Генри!
Он смущенно улыбнулся, подумав об изумительных духах Сильвии.
— Вы находите? Это, скорее всего, запах одеколона, который я употребляю после бритья.
— Вне всякого сомнения, мой дорогой. Спокойной ночи!
После третьей порции виски Клив Хэлфорд почувствовал наконец приятное опьянение.
Бар-салон маленького спокойного кабаре «Роза и Корона», недалеко от Финчли-роад, был почти пуст, его завсегдатаи собирались здесь значительно позднее. Клив спрашивал себя, почему Сильвия назначила ему свидание в такое странное время — в шесть часов вечера. Но, нуждаясь в ее помощи, без единого пенса в кармане, он не мог себе позволить ей возразить.
Он посмотрел на часы и забеспокоился. Было почти семь. «Она, правда, никогда не отличалась особой пунктуальностью!» — подумал он.
Положив локти на стойку бара, он взглянул на себя в зеркало за батареей разноцветных бутылок на полке буфета и остался доволен. Он выглядел моложе своих тридцати восьми лет, несмотря на постоянное перенапряжение, которого требовала от него жизнь, полная всевозможных уловок и авантюр. Мужчины недолюбливали его за природную элегантность и высокомерие, женщинам же он нравился: жгучий брюнет, большие черные глаза, нагловатый взгляд, от которого ничего не ускользало.
Загадочный для многих мужчин, которые его знали, он имел мало друзей. Его образ жизни требовал таких доходов, которых у него никогда не было. Клив жил в комфортабельной квартире, был всегда безупречно одет и обедал в лучших ресторанах. Он покупал и продавал подержанные машины, старинную мебель, украшения и множество других вещей, которые только возможно было купить или продать. Страдая от долгов, он тратил без счета, когда был при деньгах, и посещал места, где можно было достать или заработать несколько фунтов.
Будучи когда-то любовником Сильвии, он едва не женился на ней, но побоялся быть связанным и, поразмыслив, решил с ней порвать. Через некоторое время она его простила.
Она охотно давала ему небольшие суммы денег, иногда приглашала к себе обедать или ужинать, особенно, если при этом, как ей казалось, он мог бы завязать деловые знакомства.
Клива удивлял брак Сильвии с Гарри Ламбертом, мужем, которого никто не знал, которого он нигде никогда не встречал, и который, казалось, не желал ничего знать о друзьях своей жены. Клив находил эту ситуацию странной.
В семь часов открылась дверь и вошла Сильвия в белом плаще с зеленым шелковым платочком на голове.
Она холодно, почти враждебно, приветствовала Клива и заказала два виски.
— Послушайте, Клив, не надо мне звонить и требовать встречи, когда вам вздумается. То время прошло, запомните это!
— О’кей, дорогая… — сказал он ласково, глядя на большой бриллиант, сверкающий у нее на пальце. — Что вас так встревожило?
Сильвия пожала плечами.
— Я не хочу постоянно волноваться, Клив! Если Гарри о вас узнает, он очень рассердится…
Клив удивленно поднял брови.
— О-о! С каких это пор вам стали запрещать встречаться со старыми друзьями, Сильвия? Раньше я не слышал от вас об этом ни слова. Как бы то ни было, он даже не знает о моем существовании, и еще меньше знает о том, что вы иногда одалживаете мне несколько фунтов. По правде говоря, я сейчас немного поистратился, и, если вас не слишком затруднит…
— Прекрасно, избавьте меня от подробностей, — сказала Сильвия сухо.
Вынув из сумочки пачку ассигнаций, она положила их на стойку бара перед Кливом:
— Вот, возьмите… В последний раз даю вам деньги… Мне это не нравится, Клив!
Он посмотрел ей в лицо, оценил ситуацию, и понял, что положение изменилось. Она казалась суровой, язвительной, почти ненавидящей. Он положил деньги в карман, сожалея, что не имеет возможности отказаться.
Повернувшись к бармену, чтобы взять свой стакан, он сказал:
— Спасибо. Сожалею, что был вынужден просить вас о помощи.
После короткого молчания Сильвия спросила:
— Почему вы не найдете постоянного занятия, вместо того чтобы изо дня в день побираться у знакомых, даже у женщин?
— Какое же занятие могу я найти в моем возрасте, не имея никакой специальности? Вы уже забыли, как сурова жизнь, моя крошка? Вышли замуж за богатого и больше не знаете нужды в деньгах!
Она посмотрела на него немного мягче и дружески похлопала по плечу. Не так давно, в сущности, она его страстно любила и хранила живые воспоминания о том времени. Кроме того, хотя он этого и не знал, но ее положение, на самом деле, вовсе не было таким уж стабильным…
