Пусть будет известно, что это Божественное делание священной умной молитвы было непрестанным делом древних богоносных отцов наших, и на многих местах пустынных, и в общежительных монастырях, как солнце, просияло оно между монахами: в Синайской горе, в Египетском ските, в Нитрийской горе, в Иерусалиме и в монастырях, которые окрест Иерусалима, и просто сказать – на всем Востоке, в Царьграде, на Афонской горе и на морских островах; а в последние времена, благодатью Христовой, – и в Великой России. Этим умным вниманием священной молитвы многие из богоносных наших отцов, разжегшись серафимским пламенем любви к Богу и по Боге к ближнему, соделались строжайшими хранителями заповедей Божиих и, очистив свои души и сердца от всех пороков ветхого человека, удостоились быть избранными сосудами Святого Духа. Исполнившись Его различных Божественных даров, они явились по своей жизни светилами и огненными столпами для вселенной и, соделав бесчисленные чудеса, делом и словом привели неисчетное множество человеческих душ ко спасению. Из них-то многие, подвигшись тайным божественным вдохновением, написали книги своих учений об этой Божественной умной молитве по силе Божественных Писаний Ветхого и Нового Завета, исполненные премудрости Святого Духа. И это было по особенному Промыслу Божию, чтобы как-нибудь в последние времена это Божественное дело не пришло в забвение. Из этих книг многие, Божиим попущением грехов ради наших, истреблены сарацинами, покорившими Греческое царство; некоторые же по смотрению Божию сохранились до наших времен.
На помянутое Божественное умное делание и хранение сердечного рая никогда никто из правоверующих не дерзнул произнести хулы, но всегда все относились к нему с великой честью и крайним благоговением, как к вещи, исполненной всякой духовной пользы. Но начальник злобы и супостат всякого благого дела диавол, видя, что наиболее через это делание умной молитвы монашеский чин, избирая благую часть, сидит, прилепившись любовью, у ног Иисусовых, преуспевая в совершенство Его Божественных заповедей, и через то делается светом и просвещением миру, – начал таять завистью и употреблять все свои козни, чтобы опорочить и похулить это душеспасительное дело и, если можно, совершенно истребить с лица земли. И то, как сказано выше, через сарацин, во всем ему подобных, истреблял книги; то в чистую и небесную пшеницу этого делания насевал свои душетленные плевелы, чтобы посредством безрассудных навести на это спасительное дело хулу, а все из-за того, что самочинники, касавшиеся этого делания, ради своего возношения вместо пшеницы пожинали терние и вместо спасения находили погибель. И этим еще диавол не удовольствовался, но нашел в Итальянских странах Калабрийского змия, предтечу антихристова, гордостью во всем подобного диаволу, еретика Варлаама, и, вселившись в него со всей своей силой, подвиг его хулить нашу Православную веру, как об этом подробно пишется в Постной триоди, в Синаксаре второй недели святого Великого поста. Между прочим дерзнул он различно, и языком и рукой, хулить и отвергать и священную умную молитву, как пишет об этом в своей священной книге, в главе 31-й, иже во святых отец наш Симеон, архиепископ Фессалонитский, которого и подлинные слова предлагаю здесь: «Этот окаянный Варлаам многое хулил и писал и на священную молитву, и на Божественные, что на Фаворе (Мф. 17, 5), благодать и осияние. Не поняв, и даже неспособный понять (да как и постигнуть это тому, кто умом осуетился и в мечтании мысли с гордым соединен), что значат слова:
