Прежде чем Рафи успел что-либо сказать, Викторио обхватил его руками и притянул к себе. Коллинз справился с естественным порывом отстраниться и вырваться. В его родном краю мужчины не обнимались друг с другом.
— Приветствую вас от имени доктора Стека, — произнес на испанском Рафи.
Мексиканка взялась переводить. Едва услышав ее голос, Рафи тут же понял, что именно она была той спутницей, что ночью стояла рядом с Лозен в сейбовой роще у реки несколько месяцев назад.
— Где Отец Ц’эк? — спросил Викторио. — При виде его наши сердца преисполнились бы радостью.
— Каль'тон, — Лозен скосила карие глаза к носу, — Бидаа Дигиз.
Мужчины рассмеялись. Улыбнулся и Рафи. Ему не составило труда догадаться, почему Лозен обозвала Карлтона косоглазым: генерал и вправду в силу своей узколобости и ограниченности не замечал очевидных вещей.
— В знак своей дружбы и уважения Отец Стек попросил передать вам эти подарки. — Рафи кивнул на мулов. — Он также просил передать, что сожалеет о решении
— Чтобы жить там, где мы жили всегда, нам разрешение Каль’тона не требуется, — отозвался Викторио. — Мы же не требуем, чтобы Каль’тон забирал своих детей и жен и съезжал из собственного дома.
Вдруг один из молодых воинов спешился и направился к ним. Был он невысоким и жилистым, но Рафи мог поклясться, что такому вполне по силам бежать без устали много дней кряду по пересеченной местности. Впрочем, то же самое можно было сказать про любого другого бойца в отряде. Выделял молодого воина из общего ряда головной убор из цельной шкуры скунса — с головой, лапами, хвостом и даже остатками запаха.
Уперев подбородок в грудь, апач задвигал головой скунса, словно разговаривала именно она.
— Скажи-ка, Волосатая Нога, — промолвил скунс, — а у Каль’тона есть жена и дети?
— Да, думаю, есть. — Рафи чувствовал себя идиотом оттого, что приходится беседовать с дохлым скунсом, но остальных членов отряда происходящее донельзя веселило. Впрочем, положа руку на сердце, надо было признать, что скунс, говорящий на языке апачей, выглядел забавно.
— И где же они живут?
— Месяц пути на восток отсюда.
— Что ж, тогда они, должно быть, очень довольны. Ведь им не приходится каждый день общаться с Косоглазым!
Под смех спутников молодой человек взял под уздцы обоих мулов и повел к своей лошади.
Насколько Рафи понял, встреча подошла к концу. Слова доктора Стека переданы, подарки вручены.
— Хотите через меня отправить весточку Отцу Стеку?
— Ты поедешь с нами, — отрезал Викторио.
Здоровяк на кофейного цвета лошади недовольно захрипел, словно решение Викторио отвезти двух бледнолицых в родную деревню обратилось застрявшей в горле костью. Лицо здоровяка исказилось, он силился что-то сказать. Викторио полыхнул взглядом в его сторону.
Ах да, Кит Карсон говорил, что Волчара заикается. А еще Карсон упоминал, что логово Волчары находится в Сьерра-Мадресе, то бишь почти в двухстах километрах к югу от границы с Мексикой. Что ж, коли так, это нисколько не мешало ему совершать набеги на юг Аризоны и Нью-Мексико. Интересно, что завело его так далеко на север? Судя по тому, какими взглядами они обмениваются с Викторио, явно не братская любовь.
Вождь нетерпеливо махнул рукой и что-то отрывисто произнес. Потом он дал знак Лозен, которая протянула Цезарю широкую длинную ленту из мешковины.
— Чтобы вы дороги не видели, — пояснила мексиканка.
Цезарь кинул на Рафи вопросительный взгляд, и Коллинз кивнул в ответ. Цезарь сложил ленту в несколько раз и крепко завязал себе глаза. Когда Лозен протянула ленту Рафи, она подняла взгляд, увидела у него на шляпе свой амулет и улыбнулась. Коллинз с трудом справился с порывом протянуть руку и погладить ее по волосам.
Когда Рафи уже собирался приладить на глаза повязку, он увидел, как Лозен взяла поводья Рыжего и поехала вперед. Чалый заартачился.
— Все в порядке, дружище. — Рафи шагнул вперед и потрепал Рыжему уши.
Убаюкиваемый беседами на непонятном языке, Рафи погрузился в полудрему. Он отметил про себя, что никогда прежде не обращал внимания, насколько тихо апачи переговариваются между собой. Он не слышал ни криков, ни резких интонаций, столь свойственных беседам белых. Коллинз навострил уши, надеясь услышать голос Лозен. Тщетно.
Он почти уснул, когда услышал рядом голос Головы Скунса. Мария принялась переводить. По всей вероятности, воин решил развлечь бледнолицых.
