В наречии апачей ругательства, за исключением загадочной фразы «нож и филин», отсутствовали, поэтому Косоглаз-ка и остальные женщины обогащали свою коллекцию бранных слов благодаря погонщикам — как мексиканским, так и американским. Как только запас проклятий на испанском языке подошел к концу, Косоглазка тут же перешла на английский.
Пока Пухлячок взвешивал тюки, женщины постарше обменивались шутками со следопытами, а девушки вовсю флиртовали с ними. Следопыты считались завидными женихами: у них были новые винтовки, красивые синие рубахи, жалованье и паек.
Армейское начальство выразило согласие платить по два цента за килограмм сена, но женщины давно навострились выклянчивать у лейтенанта больше, чем им полагалось. Истертые монеты они не желали даже брать в руки, отдавая предпочтение блестящим серебряным гривенникам, четвертакам и полтинникам. Научились они также уговаривать округлять причитающуюся им сумму в большую сторону.
Лозен и Одинокая стояли рядом со своими тюками с сеном. Лозен чувствовала себя неловко в грязной, заляпанной кожаной юбке и тунике. Одежда Одинокой была ничем не лучше. Женщины-чирикауа, перебравшиеся в форт Апачи на несколько месяцев раньше них, щеголяли в пестрых ситцевых юбках до колен и блузках, украшенных лентами, кружевными манжетами и поясами из серебряных
Когда наконец пришел через Лозен и Одинокой, солнце уже начало клониться к закату. Глухо заворчав, Чато поставил на весы тюк Лозен. На голове у апача алела повязка, а сам он красовался в синей рубахе следопыта. Пухлячок произвел его в сержанты, после чего Чато заважничал так, словно его сделали генералом.
Пухлячок развязал тюк Лозен и даже удивился, не обнаружив там никаких сюрпризов. Лейтенант протянул шаманке первые заработанные ею деньги: четвертак и гривенник. Некоторое время Лозен внимательно изучала монеты, поражаясь их безупечно круглой форме и четкому изображению орла. Пожалуй, если в каждой из монет проделать дырочку, получатся отличные серьги.
Между тем Чато оттолкнул женщину от весов. Она наградила его пристальным взглядом, от которого в глазах апача промелькнул страх. Возможно, он вспомнил о ее колдовских силах и вреде, который шаманка при желании способна ему причинить.
Испуг в глазах Чато заметила и Племянница, которая прошептала на ухо Лозен, когда они двинулись прочь:
— Берегись его, Бабушка. Он рассказывает о наших всякие небылицы. Если он на тебя осерчает, то может сказать, что ты ведьма.
— Пусть сам бережется. Вранье разъедает душу лжеца. Племянница, Лозен и Одинокая двинулись за веселой толпой женщин в торговую лавку форта Апачи. Ее владелец Джордж Раттен держал магазин открытым еще долго после захода солнца. Он слыл честным человеком и бегло говорил на наречии апачей. Его заведение стало местом, где любили собираться индейцы форта. Лозен всякий раз надеялась встретиться там с Волосатой Ногой, но потом узнала от следопытов, что он по большей части работает в районе Сан-Карлоса.
Вдыхая аромат кофе и табака, Лозен в изумлении бродила меж полок с товарами. Она дотрагивалась кончиками пальцев до гладкой поверхности банок с консервами, накидывала на руку отрезы ситца и коленкора, восхищаясь яркой расцветкой и легкостью ткани, пристально разглядывала бусы, ленты, ножи, топоры, бубенцы, оловянную посуду.
Взяв в руки зеркальце, она поймала в него свет лампы и направила зайчик на стену. Первым делом Лозен в голову пришла мысль, что с помощью зеркальца удобно давать сигналы разведчикам в ходе боевых вылазок, но потом женщина вспомнила, что время сражений для ее народа миновало.
Ну и что? Зеркальце все равно может пригодиться: сигналы нужно подавать и в мирные дни. Лозен поглядела на две монетки, лежащие у нее на ладони: один кружочек побольше, другой поменьше. Но что на них можно купить? Как судить о ценности столь бесполезной ерунды?
Локо хотел отправить телеграмму. Рафи как раз находился в здании телеграфной станции Бюро по делам индейцев Сан-Карлоса, когда старый воин переступил порог дома. Апач был одет в черный пиджак и мешковатые штаны, которые заправил в мокасины. На голове у него красовался котелок, и потому обезображенное шрамами лицо выглядело особенно дико. Белые обитатели форта считали индейца смешным — но только не Рафи. Он знал: смешных людей апачи вождями не выбирают.
Увидев Рафи, Локо несказанно обрадовался. Постоянно улыбаясь Коллинзу, он попросил помочь ему перевести послание, которое собирался передать через
