– Марина! – всполошилась Стефания и присела над ней. – Ты в порядке?!
– Кажется. Тут какой-то выступ! Нет, не выступ. Камень! А вон там – еще один. Похоже, вывалились из кладки!
Они в четыре руки торопливо расчистили пространство возле стены от примятой травы и увидели подлаз. Дыра была небольшой, но позволяла протиснуться в нее ребенку или средней величины собаке.
– Я в такую щель не пролезу, – разочарованно сказала Марина.
– Тогда ничего не остается, как копать дальше, – уверенно ответила Стефания. Марина подняла с земли выроненную палку и камень, о который споткнулась, и молча кивнула.
Работали они долго. Земля была тверже, чем казалась. К тому же стена уходила глубоко в землю, только в этом лазе несколько камней то ли от времени, то ли от чьих-то усилий расшатались. В других же местах кладка оставалась крепкой.
Наконец после упорного труда им удалось расширить лаз настолько, что в него могла протиснуться уже не только худощавая Стефания. Грязные, потные, с набившейся в нос пылью, они вылезли на другой стороне острова и первым делом растянулись на зеленой траве, чтобы отдышаться.
– Во приключения! – выдохнула Марина, тяжело поднялась на ноги и отряхнулась. Помогло это мало, потому что руки оставались испачканными. Стефания невольно улыбнулась, глядя на измазанное землей лицо спутницы и представляя собственное в похожей «боевой раскраске». Вставать не хотелось, трава оказалась не только сочной, но и мягкой, как перина. С чистого неба сквозь легкую дымку проглядывало солнце, грело ненавязчиво, но тепло. Лежать бы так вечность, раскинув в стороны руки и подставляя лицо лучам… Закрыть глаза, представить себе курорт, шепот моря и шорох песка, а не вот это все.
– Вставай, – нарушила ее покой Марина, – нам пора возвращаться, а мы еще не нашли того, кто прислал записку.
Стефания со стоном пошевелилась, устало улыбнулась и ухватилась за протянутую ей руку.
– Кому и зачем понадобилось отгораживать это место? Это же прямо альпийский луг! Для полной картины не хватает только упитанных коров.
– Здесь только рекламу молочного шоколада снимать, – согласилась Стефания.
Они обе, не сговариваясь, выбрали направление к тому месту, которое еще раньше привлекло их внимание. С высоты вышки участок с черной землей виделся небольшим, но на самом деле оказался довольно обширной территорией.
Мимо них неожиданно пронесся уже знакомый пес. Стефания отвлеклась на собаку и приманила ее свистом. Пес остановился, наклонил голову и приподнял одно ухо, будто прислушиваясь, а потом приблизился на безопасное для него расстояние.
– Отведи нас к тому, кто прислал с тобой записку, – попросила Стефания. Пес почесал ухо, повилял хвостом, а потом сорвался с места и помчался вперед. Но вдруг, не добежав до черного участка земли, он резко остановился, затормозив всеми четырьмя лапами, поджал хвост и, скуля, попятился.
– Что это с ним? – встревожилась Стефания, обгоняя пса.
– Это же… – растерянно пробормотала Марина, но Стефания уже и сама увидела – голый, будто выжженный участок оказался кладбищем без могильных плит, но с серыми деревянными крестами.
Пес за их спинами вдруг страшно и утробно завыл.
– Тьфу на тебя! – испуганно подскочила на месте Марина. – Воешь, как по покойнику! А ну иди отсюда, не блажи!
Пес, будто поняв ее, убежал, но без него стало еще страшнее.
– Значит, кладбище, – подвела итог Стефания. – Портит пасторальную картинку для рекламы шоколадок! Кресты вроде старые, простые, могильных памятников не видно. Словно наспех похоронили солдат, полегших на поле боя!
– Даты должны быть. Придется прогуляться, посмотреть. Хоть мне отчего-то хочется отсюда сбежать, как и нашему блохастому.
Они двинулись вдоль могил, пытаясь различить на крестах надписи. Но те, наспех сколоченные из досок или сделанные из перекрещенных палок, оказались немыми. Какую тайну они замалчивали? Что это за странное и безымянное захоронение? И сколько ему уже лет?
Марина задержалась, вытряхивая из сандалий землю, и Стефания ушла немного вперед. Солнце, казалось, припекало несильно, но воздух вдали задрожал, как случается в зной. Очертания крестов расплылись и исказились, и из этого дрожащего и словно пульсирующего воздуха появилось несколько идущих им навстречу фигур. Впереди шагал высокий статный старик, облаченный в светлую рубаху и широкие штаны. Длинные белые волосы его развевались на ветру, ватная, как у Деда Мороза, борода доставала до пояса. В руке у старика оказался посох, на который он не столько опирался, сколько величественно отстукивал им каждый шаг. За стариком двигалась небольшая процессия, состоявшая из бородатых мужчин и простоволосых женщин. Стефания в изумлении замерла, боясь пошевелиться. Откуда взялись эти люди, если, куда хватало глаз, расстилался бескрайний луг?
