Призрак полностью

Я взял револьвер, проверил, все ли шесть цилиндров заряжены, и положил его на стол, дулом к Лейксу. Потом достал из кармана следящее устройство, которое снял с его «бентли».

Он оцепенел от ужаса, не донеся чашку до рта. Ему понадобилась секунда, чтобы прийти в себя и поставить ее на стол. Когда он поднял на меня взгляд, в нем читалась паника. Он знал, в чем его вина. И знал, чем она чревата. Он снабжал меня автомобилями с жучками, продавая меня людям Волка. В нашей среде за подобное обычно карают пулей в лоб. Такое предательство не прощают.

Лейкс тяжело сглотнул.

– Такие стояли на каждой машине, которую ты мне давал? – спросил я.

Он не ответил. Лейкс напоминал мне оленя, ослепленного светом фар. Я понимал, почему он молчит. Если он солжет, то я об этом узнаю и убью его. Если скажет правду, то выдаст себя с потрохами, и я все равно его убью. Так или этак, для него конец одинаково плохой.

– Иными словами, – продолжил я, – если я сейчас загляну под днище «хонды», то обнаружу там такую же точно штуковину?

Лейкс не ответил. Только кивнул.

– Ты сообщал Волку о каждом моем шаге, верно?

Лейкс не шелохнулся.

Я вздохнул, положил правую руку на револьвер, а левой накинул сверху салфетку. В закусочной было тихо. Мы занимали дальнюю кабинку, где нас вообще никто не видел. Я отвел курок назад, и собачка, когда барабан встал на место, отозвалась мягким щелчком.

– Мне следовало бы сразу догадаться, – сказал я. – Ты единственный в городе связной и осведомитель Волка. Я должен был сообразить, что ты или работаешь на него, или попросту некомпетентен. Это полностью моя вина, что я доверился тебе.

Лейкс молча перевел взгляд на револьвер.

– Можешь сказать что-нибудь в свое оправдание, – продолжил я. – Я не собираюсь убивать тебя, не выслушав твою версию происшедшего. Кстати, теперь, когда я знаю, что ты работаешь на другую команду, наши с тобой отношения могут перейти на новый уровень. У меня есть причины оставить тебя в живых – или пустить в ход эту пушку.

Лейкс упорно молчал.

– Слышал когда-нибудь выражение: «Flectere si nequeo superos, Acheronta movebo»?[4]

Лейкс замотал головой и прошептал:

– Это латынь?

– Да, это латынь.

– Никогда не слышал.

– Хочешь узнать смысл?

Лейкс снова уставился на салфетку, прикрывающую мою руку с револьвером, и пробормотал:

– Не уверен, что хочу.

– Хочешь, хочешь. Ты уж мне поверь.

– Ну хорошо. Что это значит?

– А значит это очень многое. Я впервые наткнулся на эту фразу еще мальчишкой. Помню, я тогда читал все, что попадалось под руку. Как только на полке в магазине появлялась новая книга, я тут же покупал ее, а если не было денег, читал прямо там. Я не вылезал из библиотеки. Я часто путался у людей под ногами, потому что всегда ходил с опущенной головой, уткнувшись в книгу. Но, несмотря на то что я столько читал, у меня не было любимой книги. Мне многие нравились – триллеры, мелодрамы, детективы, исторические хроники, – но ни одна из них не брала за душу. Мне как будто чего-то не хватало. Поэтому я продолжал поиски. Перелопатил гору литературы. Прочитал «Радугу тяготения» Томаса Пинчона. «Дети полуночи» Салмана Рушди. «Имя розы». И вот однажды кто-то дал мне «Энеиду». Ты знаешь, про что это?

Он покачал головой.

– А про Трою слышал? «Илиада», «Одиссея»… Это тебе о чем-нибудь говорит? Троянский конь, морские чудища и все такое?

– Да, про это слышал.

– Так вот, «Энеида» – это эпическая поэма об основании Рима. Своего рода продолжение «Илиады» и «Одиссеи». Она рассказывает о молодом человеке по имени Эней, который бежит из захваченной греками Трои. С остатками своего народа он отправляется на кораблях вплавь через Средиземное море. В пути его ждут всякие приключения, он влюбляется, сражается, прикасается к сверхъестественному. Короче, с ним происходит все, о чем я мечтал в детстве, но дело было не только в этом. Я чувствовал себя Энеем. Как и у него, мои родители не играли в моей жизни большой роли. Как и он, я был уверен, что рожден для чего-то великого. Как и его, меня тяготила повседневность. И так же, как он, я не был пай-мальчиком. По крайней мере, в привычном понимании этого слова. Энею приходилось совершать плохие поступки, чтобы добраться туда, куда он стремился.

– Вы школьником читали по-латыни?

Я пожал плечами.

– Одни мальчишки коллекционируют модели самолетов. Я читал по-латыни. Это понятно: я очень любил читать, к тому же мне хотелось стать Энеем. Но, видишь ли, Эней знал свою судьбу, потому что ему встретился пророк. Я же понятия не имел, что со мной будет. Иногда мне казалось, что я неудачник. Возникало чувство, что я обретаю сущность лишь тогда, когда читаю эту книгу. Впервые я открыл в себе жизненную силу, когда при свете дня раскроил череп одному парню и ограбил его.

– Зачем вы мне все это рассказываете?

– Я хочу, чтобы ты понял, почему я это делаю, и передал это Волку. Как ты думаешь, тебе удастся уловить мою мысль и правильно донести ее?

Лейкс молчал.