И он пошел.
Данилюк быстро утратил ориентацию в пространстве. Хотя ее и с самого начала-то не было. Где, что, куда... глазу не за что зацепиться. Даже в пустыне есть всякие барханы, солнце на небе, горизонт на худой конец.
А здесь нет даже горизонта. Все просто исчезает в тумане. Данилюк сомневался, что даже земля-то под ногами есть – он попытался ее нащупать, но не смог. Возможно, он шагает по воздуху. По пустоте.
Снег вот есть. Идущий снизу вверх, но есть. Хотя... какой это, к черту, снег? Это не пойми что. Похоже на ту рябь, которая бывает в телевизоре, когда тот не ловит никаких каналов.
Не было ориентации и во времени. Данилюк понятия не имел, сколько уже так плетется – минуту, час, день?.. Он словно видел однообразный затяжной сон. Мысли текли вяло, ничего не хотелось, ни о чем не думалось.
Астральный смартфон тоже не помогал. Здесь он работал куда хуже, чем в мире живых. Навигатор показывал серую мглу, дата и время не отображались.
Как будто вокруг нигде и никогда.
Данилюк почувствовал себя обманутым. Это вот сюда он так стремился? В бескрайнюю туманную пустоту? Здесь же ничего нет.
И едва он об этом подумал, как что-то стало появляться.
Поначалу ничего определенного, просто какие-то неясные образы. Опять же как во сне – видишь что-то краем глаза, а что видишь – понять не можешь. Данилюк повертывал голову – и все исчезало.
Но постепенно образы становились четче. Что-то вроде облака... пятно земли... почему-то собачья будка... без собаки.
Вот из серого тумана выплыл как будто отпиленный кусок дома – часть пола, две стены, окно. Внутри ковер, табурет и даже телевизор. Причем включенный – только показывающий настроечную таблицу.
Данилюк ступил на ковер и некоторое время безучастно смотрел на экран. Пощелкал каналами – везде была все та же настроечная таблица. Данилюк присел на табурет, подождал немного – ничего не происходило.
Дважды обойдя вокруг этого непонятного обломка, он пожал плечами и двинулся дальше.
Ему очень хотелось кого-нибудь встретить. Кого-нибудь живого и говорящего, способного ответить на вопрос – где он, черт возьми, находится.
И едва он об этом подумал, как из тумана выплыла юрта.
Данилюк раньше никогда не видел юрт. Нет, на картинках и по телевизору-то видел, конечно, а вот вживую – никогда. Но это явно была юрта – большая, войлочная, расписанная узором в виде бараньих рогов.
Хозяин юрты был низеньким и коренастым, с глазами-щелочками. Облаченный в синий махровый халат, он сидел у входа с пиалой и молча смотрел на Данилюка. Тот медленно подошел ближе и поздоровался, гадая, понимает ли этот человек по-русски.
И человек ли он вообще.
Он понимал. С шумом отхлебнув из пиалы, незнакомец жестом предложил присесть и понимающе спросил:
- Что, надоело блуждать в тумане? Ужасно захотел встретить хоть кого-нибудь?
- Да... А откуда ты знаешь? – удивился Данилюк.
- А иначе ты бы ко мне и не попал. Тут нельзя наткнуться на что-то случайно.
- Ага... Это ведь мир мертвых? – уточнил Данилюк.
- Можно и так сказать. Это Лимбо. Царство Туманов.
- Черт! Так я все-таки забрел в Лимбо!
- Сюда многие забредают, - безучастно ответил незнакомец. – Лимбо – оно такое. Не за тот поворот свернул – и уже здесь.
- Опять не слава богу, - вздохнул Данилюк, подпирая щеку кулаком. – Ладно, будем знакомы. Я Алексей. А тебя как величать?
- Не помню.
- В смысле? – недоверчиво уставился на него Данилюк. – Имя не помнишь? Это как?
- Здесь сложно помнить свое имя, - вяло сказал незнакомец. – Оно почему-то быстро забывается. Как в детстве дыни воровал на колхозной бахче – помню, а имя свое забыл. Ты тоже свое забудешь... через какое-то время.
Данилюка такая перспектива не обрадовала. Конечно, не так уж важно, как именно тебя зовут, но забывать все равно не хочется.
- Ладно, заходи, гостем будешь, - поднялся незнакомец.
Данилюк вошел за ним в юрту. Судя по обстановке, умер ее владелец не так уж давно. Кроме ковра, низенького столика, пары сундуков и лежанки, в юрте были радио, телевизор и холодильник. Еще советского производства, правда.
- Ты родом откуда? – спросил Данилюк.
- Тоже не помню, - пожал плечами незнакомец. – Там было тепло, много солнца... Узбекистан, может?.. Или Киргизия... вертится перед глазами всякое, а точнее сказать не могу... вроде бы Киргизия...
Открыв холодильник, он достал бутылку с высоким горлышком и спросил:
- Кумыс будешь?
- Спасибо, я его как-то не очень, - отказался Данилюк. – Чего-нибудь другого нет?
- Нет. Я при жизни кумыс любил.
- И что?
- Я его очень сильно любил, - отодвинулся от холодильника киргиз. Оказалось, что полки сплошь заставлены бутылками с кумысом. – Теперь вот не могу сотворить ничего другого – просто не получается. Поневоле кумыс в голове всплывает. Так что пей, что есть... или сам что-нибудь сотвори.
- В смысле сотвори? – не понял Данилюк.
Киргиз выставил перед собой ладонь, пристально на нее уставился... и там возникла еще одна бутылка кумыса. Просто из ниоткуда.
- Это как? – заморгал Данилюк.
