Северин усмехнулся и направился к своим друзьям. Ночь обещала быть длинной и тёмной.
– У меня есть для Вас хорошие новости, моя королева.
– Да? И какие же?
Францискана оторвалась от вышивки и подняла глаза на смотрителя замка. Под строгим взглядом Её Величества Оксар выпрямился, что добавило ещё пару сантиметров к его и без того высокому росту.
Сколько он себя помнил, Оксар всегда любил эту женщину. И смотритель даже успел признаться ей в своих чувствах, правда, сделал он это перед самой свадьбой Францисканы и Гарольда. Будущая королева Стронвиака не ответила тогда ему взаимностью, да и не могла ответить. Дружбу, которую она пронесла через всю свою жизнь, могли принять за предательство короля. Двадцать лет назад всё казалось более невинным.
Женщина поднялась на ноги. Годы не прибавили ей привлекательности: она по-прежнему была бледной и худой. Пожалуй, только голубые глаза перестали светиться от счастья.
– Его Величество одержал очередную победу над мятежниками, и он уже на полпути к столице.
– Это меня ничуть не удивляет, – Францискана махнула рукой, – Гарольд только и занимается тем, что охотится и воюет. А в стране, между тем, голод. Твоему королю известно, что большая часть урожая восточных земель погибла от засухи?
– Я уверен, что Его Величество успеет решить эту проблему до того, как она приведёт страну к новому бунту.
Францискана вздохнула, села на трон и вновь принялась за вышивку. «Будь проклят тот день, когда отец выдал меня замуж за Гарольда», – подумала она про себя. Оксар, судя по всему, думал о том же. Не сводя тусклых серых глаз с королевы, он поправил седые волосы, что доходили ему до плеч.
– Сэр, Оксар, – обратилась к наместнику старшая дочь Францисканы.
– Слушаю Вас, моя принцесса.
– Сколько дней потребуется моему отцу и его армии, чтобы вернуться в столицу?
– Думаю, что не меньше трёх, Ваше Высочество.
– Отец не торопится на свадьбу Камелии?
Королева бросила на дочь недовольный взгляд. Когда Гарольд покидал столицу, то заключил с одним из своих знатных вельмож брачный договор. По возвращению правителя должна была быть сыграна свадьба между его младшей дочерью Камелией и принцем Лиром, которым на тот момент, было десять и тринадцать лет.
Лир, как и положено представителю знатного рода, отправился со своим отцом на войну. Однако в одной из битв мужчина был тяжело ранен, и через пару дней скончался в страшных муках. Когда весть о его смерти дошла до замка, Францискана взяла его младшую дочь Диодору на своё попечительство.
– Свадьба это очень серьёзный и ответственный шаг, Герда, – холодно ответила Её Величество, – с ней необязательно торопиться.
Встретившись взглядом с Оксаром, женщина сделала вид, что увлечена вышивкой. Когда-то её тоже выдали замуж против воли. Ни Гарольд, ни сама Францискана не испытывали ни малейшего желания связывать свои судьбы. Но если тогда у них не было другого выхода, то сейчас королева надеялась, что её супруг учтёт пожелания самой Камелии. Тем более, что с Лиром они не виделись почти восемь лет.
– Я так соскучилась по брату, – улыбнулась Диодора, которая сидела в углу, – и хочу увидеть его не меньше, чем Камелия!
– Вскоре тебе представится такая возможность. Наместник же сказал, что их путь до столицы займёт не более трёх дней. Конечно, если за это время с твоим братом ничего не случится, – Диодора испуганно посмотрела на королеву, – что ты так смотришь на меня? Жизнь непредсказуема, моя дорогая. И не нужно бояться смерти. Рано или поздно она за нами за всеми придёт.
Францискана была цинична до мозга костей и не всегда задумывалась над тем, какое впечатление производят её слова на других. Она так и не смогла принять Диодору, не смотря на то, что бедная девушка не давала никаких поводов усомниться в её благочестии и верности короне.
Отложив вышивку, сестра Лира поднялась на ноги.
– С Вашего позволения, Ваше Величество.
– Уже не терпится посплетничать с моей дочерью? – усмехнулась женщина, – что ж, иди. Да передай Камелии, чтобы без глупостей! Знаю я её слепую любовь к отцу.
Девушка поклонилась и выбежала из комнаты королевы. Закрыв дверь, она разревелась прямо в коридоре замка. У неё уже не осталось никаких сил терпеть оскорбления со стороны Францисканы, и она молилась, чтобы брат поскорей вернулся домой и забрал её из столицы.
– Не сочтите за дерзость, моя королева, – кашлянул Оксар, – но, мне кажется, что Вы были с ней уж больно резки.
– Да? – она посмотрела на друга детства, – моя мачеха была со мной ещё более резка, часто эта проклятая ведьма даже поднимала на меня руку. А ведь она была второй женой моего отца, заметь. Я же для этой девочки никто. А она для меня – очередная подданная Гарольда. Я не могу любить всех, Оксар.
– Возможно, в скором времени она станет Вашей родственницей.
– Я молюсь, чтобы у моей дочери не хватило ума согласиться на брак с этим Лиром. Неподходящая пара для девушки, в чьих жилах течёт королевская кровь.
