Настоящее произведение является пятым из серии, состоящей из пяти отдельных и совершенно независимых друг от друга фантастических романов, связанных между собой важной и общей идеей, и собранных в одно целое под общим названием «Квинтет. Миры». Автору кажется, что этот роман – самый лёгкий по восприятию. Он совместил в себе кучу жанров, в том числе и детектив, и мистику и фантастику. Его главный герой – простой и лихой парень. Он и преступник, и авантюрист, и проходимец, и воин, и простофиля и любовник. Он сражается, убегает, мечется, убивает, негодует и постоянно мечтает. В него периодически стреляют, иногда попадают, а чаще всего успешно и точно стреляет и попадает он. Мой герой пытается отгадать тайну загадочных артефактов, влюбляется, встречается с пришельцами и открывает свою истинную сущность. Конец книги, как всегда неожидан, но не настолько, как в других романах этой серии. Да, и ещё! Кое-что очень сильно отличает эту бесшабашную книгу от остальных в славном Квинтете «Миры». В ней как-то слабо прописана так обожаемая автором тема любви. Всего одна сексуальная сцена, да и то, сотворённая вяло и впопыхах, для приличия. Но что поделаешь… Традиция есть традиция.
АЛЕКСАНДР АРБЕКОВ
ФАНТАСТИЧЕСКИЙПРИКЛЮЧЕНЧЕСКИЙРОМАН.
«ПРИЗРАК И ЛЕШИЙ».
Г. РОСТОВ-НА-ДОНУ.
2016г.
Посвящаю этот роман моему другу, который был во многом очень и оченьнеправ и порою дискомфортен, и который, увы, слишком рано помер, но я иногда с ним мучительно и долго спорю до сих пор. Когда выпью…
ГЛАВА ПЕРВАЯ.
Я разогнался на своём «Ягуаре» так, что полицейская машина уже давно и безнадёжно отстала. Куда там джипу Шерифа, хоть и довольно мощному, до моего красавца-зверя! Под его капотом находится форсированный двигатель, в котором таится огромный табун лошадей. Эй, кони, мои кони! Несите меня беспечно в дальнюю-дальнюю даль, куда-нибудь в теманящие, чистые, чудесные и загадочные края, где нет суеты и маяты этого жестокого, смешного, грубого и жалкого мира. Он, увы, увы подчас полон вражды, противоречий, лжи, лицемерия, пороков, коварства, зависти, ненависти, жадности, меркантильности,иллюзий ивсяких глупых условностей. О, сколько в нём замшелых, смешных и убогих предрассудков, опутывающих нас невидимыми, но жёсткими и тяжёлыми цепями, и окутывающих такими же невидимыми, но коварными и прочными сетями.
Хочу радостно и беззаботно окунуться сначала в манящую,прохладную и таинственную глубину нереализованных возможностей, желаний, мечтаний и стремлений, а потом наконец-то их осуществить и забыться глубоким сном натёплой, ласковой, томной, спокойнойотмели покоя, благодати и необыкновенной и абсолютно бесконечной тишины, манящей к себе.Так не хочется думать о чём-то грустном, а тем более о скорбном.
Я с восторгом посмотрел в глубокое, неимоверно синее-синее небо, а потом перевёл свой взгляд на глухую лесную чащобу, которую безжалостно и беспощадно рассекал холодный клинок бесконечного серого асфальта. Ну, какого хрена увязалась за мной эта маниакально настойчивая парочка копов во главе с местным Шерифом? Кстати, можно ли называть шерифа и его помощников копами? Они же вроде не совсем полицейские. Или всё-таки полицейские? Чёрт его знает. Раньше я над этим вопросом как-то не задумывался. Надо будет его прояснить как-нибудь и где-нибудь в спокойной обстановке. Но это потом, потом, чуть позже…
