– Это не обман зрения, Бен. Я видела его не один раз. И разговаривала с ним. – Заметив, как он потрясен, я тут же пожалела о своем признании. Разумеется, я не стану рассказывать ему обо всем, что происходило между Броуди и мной. – Понимаю, в это трудно поверить. Даже мне самой.
– Но я хочу поверить, Эйва! Кому же не хочется убедиться, что существует загробная жизнь, что после смерти будет что-то еще? Но есть ли свидетельства? Никто не может доказать, что в этом доме есть призрак.
Я вынимаю свой мобильный.
– Вероятно, кто-то все-таки может.
Конечно, Бен скептик, однако довольно любопытный, поэтому в субботу днем, когда прибывает Мейв со своей командой, он ожидает охотников за привидениями у меня дома.
– Это Тодд и Эван, они обеспечат сегодня всю техническую базу, – говорит Мейв, представляя двух дюжих молодых людей, которые вытаскивают из фургончика камеру и все сопутствующее оборудование.
Эти двое – братья, у того и другого совершенно одинаковые рыжие бородки, и вообще, они настолько похожи, что различить их можно только по надписи на футболках: у Эвана – «Звездные Войны», у Тодда – «Чужой». Удивительно, что у них нет футболки «Охотники за привидениями».
По подъездной аллее приближается «фольксваген»; он паркуется прямо за белым фургоном.
– А это Ким, она экстрасенс в нашей команде, – произносит Мейв.
Из «фольксвагена» выбирается блондинка, худая как палка, с такими впалыми щеками, что я невольно задумываюсь: может, она недавно переболела чем-то серьезным? Сделав несколько шагов по направлению к нам, она внезапно останавливается и бросает изучающий взгляд на дом. Она так долго стоит без движения, что Бен в конце концов спрашивает:
– Что это с ней?
– Все нормально, – успокаивает его Мейв. – Вероятно, она просто пытается прозондировать место и распознать какие-то колебания.
– Прежде чем все разгрузить, нам нужно осмотреть дом и отснять исходный видеоматериал, – говорит Тодд. Он уже снимает – перемещает камеру по веранде, а потом заходит в прихожую. Взглянув на лепнину под потолком, он замечает: – На вид дом достаточно старый. Вполне вероятно, что здесь по-прежнему обитает
– Ничего, если я просто поброжу здесь? – спрашивает Ким.
– Разумеется, – отвечаю я. – Дом в полном вашем распоряжении.
Ким направляется вперед по коридору, а за ней – продолжающие съемку братья. Когда они уходят подальше, Мейв поворачивается к нам с Беном и признается:
– Я специально не посвящала Ким во все подробности, связанные с вашим домом. Это задание она выполняет вслепую, потому что мне не хочется ни в каком смысле влиять на ее реакцию.
– Вы назвали ее экстрасенсом вашей команды, – говорит Бен. – Что именно это означает? В смысле, она медиум?
– Ким обладает способностью чувствовать энергии, по-прежнему обитающие в каком-либо помещении, и она скажет нам, какие именно места нуждаются в особом мониторинге. Она обычно поразительно точна.
– И все-таки как тут судить о точности?
На этот раз в голосе Бена звучит сомнение, которое он не сумел скрыть, однако Мейв невозмутимо улыбается:
– Эйва сказала мне, что вы врач, и я не сомневаюсь: все это воспринимается вами как абракадабра. Но мы и в самом деле умудряемся подтвердить все то, о чем сообщает Ким. В прошлом месяце она в мельчайших деталях описала умершего ребенка. Его портрет показали нам значительно позже, так что мы были поражены: ее описание почти полностью совпало со всеми подробностями фотографии. Всё-всё, включая кружевной воротничок на кофточке малыша. – Она умолкает, глядя в лицо Бену. – Вы сомневаетесь.
– Я стараюсь относиться к этому непредвзято.
– Что сможет убедить вас, доктор Гордон?
– Вероятно, сам призрак, если я его увижу.
– Ах, но некоторые люди никогда не видят призраков! Они просто на это не способны. А потому хочу спросить: как еще нам убедить вас, если призрак не материализуется прямо перед вами?
– А не все ли равно, верю я или нет? Мне просто интересен процесс, я хочу его наблюдать.
Ким снова появляется в прихожей:
– Мы хотим пойти наверх.
– Вы что-нибудь уже почувствовали? – спрашивает Бен.
Ким, не отвечая, идет наверх; Тодд и Эван следуют за ней, записывая подъем на камеру.
– И много расследований вы уже провели? – интересуется Бен у Мейв.
– Мы посетили шестьдесят, а может, семьдесят мест, в основном в Новой Англии. Когда люди сталкиваются с явлениями, которые их беспокоят, будь то просто скрипучие полы или чье-то воплощение в полный рост, они не знают, куда обратиться. И связываются с нами.
– Прошу прощения! – кричит Эван с площадки верхнего этажа. – В конце коридора дверь. Можно нам заглянуть туда?
– Пожалуйста, заглядывайте, – отвечаю я.
– Дверь заперта. Не дадите ли ключ?
– Она не может быть заперта.
Я направляюсь по лестнице на второй этаж, где Ким и ее коллеги стоят у закрытой двери в башенку.
– Что за ней? – спрашивает Ким.
– Просто-напросто лестница. Она никогда не запирается. Я и не знаю, где ключ. – Поворачиваю ручку, и дверь со скрипом распахивается.
– Черт!
