– Слушайте, сударь, – разволновался Рауль, – мне не известны ваши намерения, но я хочу знать: можете ли вы помочь мне? Я хотел сказать – Кристине Даэ?
– Надеюсь, господин де Шаньи, поэтому-то я и остановил вас.
– Что вы можете сделать?
– Попробовать отвезти вас к ней… и к нему.
– Я уже делал такую попытку сегодня вечером, но увы… Но если вы мне окажете эту услугу, моя жизнь принадлежит вам! Еще одно слово, сударь: комиссар полиции только что узнал, что Кристину Даэ похитил мой брат, граф Филипп…
– Ох, господин де Шаньи, не верю я в это…
– Вы полагаете, что это невозможно?
– Не знаю, возможно ли это, но судя по способу, каким она была похищена… Насколько я знаю, господин граф никогда не подвизался в качестве фокусника…
– Ваши аргументы неоспоримы, сударь, а я – глупец! Тогда бежим, не будем терять времени! Я целиком полагаюсь на вас. Как могу я не поверить вам, когда мне никто не верит! Когда вы – единственный, кто не смеется, услышав имя Эрик!
С этими словами юноша непроизвольно схватил Перса за руки. Его горячие пальцы ощутили ледяное пожатие маленькой темной руки.
– Тихо! – остановил его Перс, прислушиваясь к далеким звукам и бесчисленным скрипам, которые раздавались за стенами в коридорах. – Не будем больше произносить это имя! Будем говорить просто «он»! Так будет меньше риска привлечь его внимание.
– Вы думаете, что он где-то неподалеку?
– Все может быть, сударь… Если только в этот момент он не находится вместе со своей жертвой в доме на озере.
– Ага, вы тоже знаете это место!
– Если он не в своем жилище, он может быть под этой сценой, за этим потолком. Кто знает? Может, сейчас он наблюдает за нами через замочную скважину или подслушивает из-за этой балки. – И Перс потащил Рауля в коридоры, которых юноша никогда прежде не видел, даже когда гулял с Кристиной по этому лабиринту.
– Только бы пришел Дариус, – озабоченно прошептал Перс.
– Кто это Дариус? – спросил на бегу юноша.
– Дариус – мой слуга.
В этот момент они были в центре настоящей пустынной площади – громадной залы, которую скупо освещала одна-единственная чадящая свеча. Перс остановил Рауля и совсем тихо, так тихо, что Рауль едва его расслышал, спросил:
– Что вы рассказали комиссару?
– Я ему сказал, что Кристину Даэ похитил ангел музыки, он же Призрак Оперы, а его настоящее имя…
– Тсс! И комиссар вам поверил?
– Нет, конечно.
– И не придал никакого значения вашим словам?
– Абсолютно никакого.
– Он, наверное, счел вас сумасшедшим?
– Вот именно.
– Тем лучше! – вздохнул Перс.
И они поспешили дальше.
Поднявшись и спустившись по нескольким лестницам, незнакомым Раулю, оба оказались перед дверью, которую Перс открыл маленькой отмычкой, вытащенной из жилетного кармана. Я уже упоминал, что Рауль был в цилиндре, а Перс в шапочке, напоминавшей турецкую феску, что было явным вызовом правилам хорошего тона, царившим за кулисами театра, где непременно требовался цилиндр, однако во Франции иностранцам позволяется все: дорожная кепка – англичанам или восточная шапочка – персам.
– Сударь, – заметил Перс, – цилиндр будет вам мешать там, куда мы направляемся, так что лучше оставить его в комнате.
– В какой комнате? – удивился Рауль.
– В артистической Кристины Даэ.
Перс пропустил Рауля через открытую дверь в темный коридорчик и показал напротив артистическую уборную певицы.
Рауль и не знал, что к Кристине можно попасть другим путем помимо того, которым он ходил обычно.
Теперь они находились в самом конце коридора, через который он всегда проходил, прежде чем постучать в дверь артистической Кристины.
– Ого, сударь! Вы хорошо знаете Оперу!
– Хуже, чем «он», – скромно откликнулся Перс и втолкнул юношу в комнату.
Она была в том же виде, в каком оставил ее Рауль.
Заперев дверь, Перс направился к тонкой перегородке, которая отделяла артистическую от просторного чулана. Он прислушался, потом громко кашлянул.
Тотчас за стенкой послышалась возня, и через несколько секунд в дверь постучали.
– Входи!
Вошел человек в такой же восточной шапочке, одетый в длинный широкий плащ. Он молча поклонился Раулю в знак приветствия и вытащил из-под плаща перевязанную веревками коробку. Поставил ее на столик, снова поклонился и пошел к двери.
– Никто не видел, как ты заходил, Дариус?
– Нет, хозяин.
– Смотри, чтобы никто не видел, как ты выходишь.
Слуга выглянул в коридор и незаметно исчез.
– Сударь, – сказал Рауль, – я вот о чем думаю: нас здесь могут застать и помешать нам. Комиссар не замедлит сделать обыск в этой комнате.
– Фи! Нам надо бояться не комиссара.
Тем временем Перс уже открыл коробку. Там лежала пара длинноствольных пистолетов с удивительно красивой отделкой.
– Сразу после похищения Кристины Даэ я сказал слуге, чтобы он принес мне эти пистолеты. Они у меня самые надежные.
– Вы собираетесь драться на дуэли? – спросил юноша, удивленный прибытием этого арсенала.
