— Я этого не говорила, — спохватилась матушка Жири, — потому что не месье Ришар, а я сама положила ему в карман эти деньги. Тем хуже! — добавила она вполголоса: — Я не могла больше молчать. Да простит меня призрак!
Ришар порывался что-то сказать в свое оправдание, но Моншармэн его остановил.
— Виноват! Виноват! Позволь этой женщине высказаться до конца. Я хочу ее допросить. Вообще меня удивляет твое поведение. Мы так добивались раскрытия этой тайны, и вдруг теперь, когда от нас зависит ее узнать, ты выходишь из себя… И чего тут сердиться?.. Меня это только забавляет…
Мадам Жири с лицом мученицы закатываете глаза к небу.
— Вы говорите, что в конверте, который я положила в карман месье Ришара, было 20 тысяч франков, повторяю еще раз, я этого не знала… Также, впрочем, как и сам месье Ришар.
— Ага! Вот как! — внезапно оживляясь, воскликнул Ришар. — Я, оказывается, тоже этого не знал! Вы мне клали в карман 20 тысяч франков, а я об этом и не подозревал. Благодарю вас, мадам Жири, благодарю вас!
— Да, — ничуть не смущаясь, продолжала эта решительная особа. — Никто из нас этого не знал. Но что касается вас, то все-таки, в конце концов, вы должны были заметить!
Если бы не присутствие Моншармэна, который взял капельдинершу под свою защиту, Ришар бы ее давно растерзал.
— Какой же конверт вы положили в карман месье Ришара? — продолжал допрашивать Моншармэн. — Очевидно не тот, который вы получили от нас, так как его вы, на наших глазах, положили на барьер ложи № 5.
— Виновата! Я положила в карман месье директора имени тот конверт, который я от него получила. Что касается конверта, который я оставила в ложе № 5, то он был получен мною от привидения и заранее приготовлен для подмена.
При этих словах матушка Жири достала из рукава точно такой же конверт, с точно такою же надписью как тот, в который должны были быть вложены деньги. Директора выхватили его у нее из рук. Он был запечатан их служебною печатью. Они разорвали конверт и оттуда выпали 20 поддельных кредитных билетов, точно таких, как и в прошлый раз.
— Как всё просто! — развел руками Ришар.
— Как всё просто! — как-то особенно торжественно произнес Моншармэн и продолжил, не спуская глаз с матушки Жири, как будто желая ее загипнотизировать;
— И этот конверт Вам действительно вручил призрак и действительно приказал, подменив конверт, положить деньги в карман Ришара?
— Он самый! Конечно призрак!
— В таком случае, сударыня, продемонстрируйте нам вашу ловкость! Вот конверт! Поступайте так, как будто мы ничего не знаем.
— Хорошо.
Она берет конверт с деньгами и направляется к выходу. Оба директора испуганно бросились за ней.
— Нет! Нет! Нет! Вы нас больше не проведете. Довольно! Нам это надоело!
— Извините, господа, — старуха остановилась. — Вы мне сказали, чтобы я поступала так, как будто вы ничего не знаете… Я в таком случае, прежде всего, вышла бы из кабинета…
— Как же вы тогда положили бы ко мне в карман конверт? — поинтересовался Ришар, с которого Моншармэн не сводил левого глаза, в то время как его правый был устремлен на Жири.
— Я должна его туда положить в тот момент, когда вы менее всего это ожидаете. Вам известно, что я иногда во время спектакля прихожу за кулисы, особенно в те дни, когда танцует моя дочь… Там всегда толпится много народу… на меня никто не обращает внимания… и вот, пользуясь теснотой и суматохой, я незаметно прохожу сзади вас и опускаю в карман конверт… Как видите, очень просто:
— О! Да! Действительно всё очень просто, — сверкая глазами, повторил Ришар, — очень просто! Но я вас сейчас же уличу во лжи, старая колдунья!
Почтенная дама гордо снесла оскорбление.
— Каким образом? — невозмутимо спросила она.
— А вот каким образом: я в этот вечер не выходил из зрительного зала, наблюдая за конвертом, который вы положили на барьер ложи. Я ни одной минуты не был за кулисами!
— Совершенно верно, месье директор, поэтому я и положила конверт к вам в карман не в этот вечер, а в следующий. В тот самый вечер, когда секретарь министерства изящных искусств…
— Да, да, да… — прервал ее Ришар. — Вы правы. Действительно, я припоминаю… Меня вызвал за кулисы секретарь министерства изящных искусств, я спустился в балетное фойе и остановился на минуту на площадке лестницы, у дверей… В этот момент я почувствовал, что меня кто-то задел, я обернулся и увидел вас… больше никого не было. Я это отлично помню!..
— Вы не ошиблись! Как раз в этот момент я опустила конверт. Ваш карман очень удобно расположен! — И желая это доказать, матушка Жири подошла сзади Ришара и на глазах изумленного Моншармэна, с неподражаемой ловкостью, опустила конверт в один из задних карманов директора.
— Ловко придумано! — воскликнул немного побледневший Ришар. — Ваш подземный дух оказывается весьма расчетлив. Получать деньги без всяких посредников, прямо из моего кармана, совершенно спокойно… Это прямо гениально!
— Гениально или нет, — процедил сквозь зубы Моншармэн, — но ты забываешь одно, что из этих 20 тысяч франков, 10 тысяч принадлежали мне, а между тем мне в карман никто ничего не положил.
