Гуннар покачал головой. На лбу у него образовалась складка.
— Он не вернется.
— Откуда ты знаешь?
— Он сказал мне, перед тем как уйти. Позволь мне рассказать, что произошло.
Я упала на спину в кровати.
— Как он мог уйти?
— Ты умирала, Виктория. Он сделал что-то… Я ничего не понял.
Я начала плакать, подозревая, что случилось.
— Просто расскажи мне.
— Водяной затащил тебя под лед. Я увидел это. Видар нырнул в воду, но не смог сразу найти тебя. А тот, здоровый… Один?
— Да, его так зовут.
— Он хохотал. Они разговаривали на древнескандинавском… Я точно не понял, но думаю, он сказал: «Сейчас она мертва. Это конец». Видар вытащил тебя из воды, и ты была вся синяя. — Гуннар отвернулся, озадаченно подняв брови.
— Ну, продолжай.
— А потом это существо появилось из воды.
— Водяной?
— Может быть, мне показалось. Я получил удар по голове.
— На что оно было похоже?
— Такой же, как о нем рассказывают в легендах. Раздутый получеловек-получудовище, весь покрытый водорослями. Он выполз на берег. — Гуннар попытался рукой сымитировать его движения. — Он пошел на меня. А там, на земле, валялся топор, и я поднял его и… — Он поднял глаза и слабо улыбнулся. — Это все бред.
— Я знаю.
— Я вспомнил, что ты говорила, что нужно отрубить ему голову. Я рубанул, и его голова соскользнула. И тогда это оказался вовсе не водяной, а просто куча водорослей. А ты все еще лежала у Видара на руках.
Он склонился над тобой, пытаясь вдохнуть в тебя жизнь. Он без конца повторял твое имя, а потом… Я в самом деле не понял, что произошло. Он поднял руку и сказал что-то на своем языке. В его ладони появилась яркая вспышка, потом она исчезла, а ты задышала. Он положил тебя в грязь, закрыл лицо руками и зарыдал.
Я почувствовала, как мое сердце оборвалось.
— Он дал мне это. — Гуннар нащупал карман и вынул оттуда кусок зуба. — Он сказал воспользоваться им, если Один вернется, и что он должен идти, и что ты поймешь почему. Он просил передать тебе, чтобы ты уезжала с острова и что он будет всегда любить тебя.
Я, не моргая, смотрела на Гуннара. Видар использовал своей единственный шанс, чтобы изменить судьбу и сохранить мне жизнь. И это означало, что мы больше никогда не будем вместе. Отчаяние волной обрушилось на меня. Это также означало, что в наказание он будет направлен в услужение.
На тысячу лет.
— Я уже умру к тому времени, когда он сможет вернуться назад, — сказала я.
— Вики, я не понимаю. Кто были эти люди?
— Ты знаешь. Ты читал о них.
Гуннар встал и провел руками по волосам.
— Это я виноват, да? Если бы я тогда не отвернулся, как идиот…
Я посмотрела на него. Он был прав.
— Ты сможешь простить меня, Виктория?
А была ли это действительно вина Гуннара? Или это я была виновата, так как не рассказав Гуннару о том, что на самом деле происходит? Или это Видар был виноват в том, что хотел слишком многого, как всегда поступают все влюбленные? А может, это была вина Магнуса, который изначально пригласил меня на этот остров?
— Виктория?
— Я смогу простить тебя, Гуннар, — ответила я, — если ты заберешь меня с собой на другой край земли.
Когда Видар подъезжал к Старой Долине, две черные тени в ночном небе начали кружить над ним. Хугин и Мунин, отцовские вороны. Один всегда следил за отделившимся от семьи Видаром; после произошедшего он, видимо, особенно боялся за свою судьбу. Видар поднял камень и бросил его в небо. Он попал одной из птиц по крылу, но они ни на секунду не замедлили своего полета.
Придется снова взглянуть в самодовольную физиономию Хеймдалла, встретившись с ним на мосту. И вновь увидеться со своими ненавистными родственниками. Как же он презирал их. Что, если норны заставят его провести ближайшую тысячу лет в семье?
Кровь кипела в его жилах, а мозги плавились от напряжения. Ему придется найти Од и снова послать ее к норнам. Он не мог смириться с такой судьбой. Оказаться вдали от Виктории после всех своих страданий… это было невозможно. Только волшебницы могли сейчас помочь ему. Он мог бы остаться служить в Ванахейме после того, как Виктория состарится и умрет. Они должны были позволить ему возвратиться в Мидгард и находиться с ней.
Его дом стоял в полной темноте. Внутри было пусто. Од ушла.
Он остался совсем один.
Затем тень женщины, одетой во все черное, промелькнула в темноте.
Она откинула свой капюшон и шагнула из ниши между колоннами.
— Верда? — спросил он.
— Скульд, — поправила она. — Это со мной ты заключил сделку.
— Почему ты здесь?
— Мои сестры почувствовали что-то неладное. Никто из нас не ожидал, что ты вернешься в Асгард.
— У меня все складывается ужасно, — Видар бросился на колени, схватившись за подол ее юбки. — Я умоляю вас дать мне еще один шанс. Видишь, я сохранил нить. — Он протянул руку. Черная нитка все еще была обмотана вокруг его пальца.
