– Во-первых, мы давно не вместе, и ты об этом знаешь. Во-вторых, ты не то что влезла, а буквально впихнулась своим прелестным задом. Не забыла, как приковала меня наручниками всего сутки назад? И чем мы занимались только что в твоей комнате?
Вивьен Вилулла Бернелл – само воплощение логики и последовательности суждений – накаляла воздух в попытке испепелить меня взглядом.
– Ты скотина, Ларсен! – дождавшись, пока мы остановимся на светофоре, выплеснулась Бернелл, запечатав мне в плечо своим миниатюрным кулачком.
Кстати, довольно ощутимо запечатав.
– Это я скотина? – поинтересовался, пытаясь свободной рукой удержать мечущиеся по салону кулаки Бернелл и не создать аварийную ситуацию. – Я вообще невинная жертва обстоятельств, а ты незаконно проникла в мою квартиру!
Я не смог сдержать смех: Веснушка в гневе – это зрелище отчаянное и комичное. Мне удалось зафиксировать ее запястье, но Вивьен не собиралась сдаваться под натиском аргументов и превосходящей силы.
– Я с тобой никуда не поеду, высади меня! – заявила она, упрямо сдувая растрепавшиеся локоны с лица.
– Обязательно, как только доедем до места назначения, – заверил я, зачем-то глянув на наши сцепленные руки.
В груди что-то екнуло. Не знаю, от хрупкости ли ее, от этого взгляда, полного доверия, или от красоты. Вивьен Бернелл была невозможно красива и даже не подозревала об этом, а оттого становилась еще привлекательнее. Светофор за стеклом сменился зеленым, неумело подражая цвету ее глаз. Бернелл приоткрыла губы, чтобы что-то сказать, но я помешал. Просто захотелось еще раз почувствовать, каково это, когда целуешь ее.
Это – слишком…
Простое касание было как подожженная спичка в пропитанной бензином комнате – мы вспыхнули одновременно, ярко. Я даже не заметил, когда сместил руки на ее шею, как большой палец мягко надавил на подбородок вниз, заставляя Вивьен сильнее распахнуть губы, отдать мне больше – получить больше. Ее глухой стон нагло перебился сигналом автомобиля сзади, что сработал как сирена в моем мозгу.
– Черт! – Я нехотя отстранился от Бернелл и надавил на газ. В голове проносились молитвы богу дорог, светофоров и кому-то еще, лишь бы мы не встретили пробку.
– Адриан, – тихий зов слева.
Я почти боялся повернуть голову…
«Черт! Это даже хуже, чем я представлял. Точнее, лучше, но хуже».
Полоса впереди стала едва различимой, десятки проносящихся машин, разметка, знаки – все слилось в один комок цветов и звуков, которые я раздраженно отбросил в окно. Глаза – только на нее. Вивьен, распахнув полы пальто, откинулась на сиденье, полностью отдаваясь моему взгляду. Дрожащие то ли от волнения, то ли от желания пальцы медленно спускались по шее вниз, туда, где расстегнутые пуговицы платья уже открывали вид на созвездия веснушек.
Руль был резко вывернут в сторону, мы ушли в крутой поворот, но я впервые едва следил за дорогой. Сейчас передо мной находилось куда более важное. Вивьен ласкала себя, рисуя узоры уже на молочно-белом холсте: не торопясь, чувственно проводила подушечками пальцев там, где я сам хотел ее коснуться. Это было похоже на пытку и на лучший порнофильм одновременно. Ее руки двигались по груди, показывая, рассказывая, где и как ей нравится – из горла сумасшедшей вырвался сдавленный стон, и я был почти готов издать такой же.
Я мучительно отсчитывал остатки расстояния, отделявшие нас от дома, и одновременно проклинал каждую машину перед нами. Ладонь Вивьен накрыла мою, лежащую на рычаге передач, и потянула к себе.
– Я хочу, чтобы ты касался меня.
На очередном светофоре желтый сменился красным, как и лампочки в моем мозгу. Я терял рассудок.
«Я сдаюсь, отдаюсь и пропадаю в ней. Вивьен – это слишком, касаться ее – слишком, быть с ней – слишком…»
Я сжал ее бедро, медленно продвигаясь вверх и задирая платье, – Бернелл застонала. Слишком соблазнительно. Она прижала мою ладонь к самому низу живота, направляя, проводя моими же пальцами вдоль линии белья, играя со мной и с собой.
«Да остановите уже кто-нибудь этот мир!»
Я на грани, какая-то часть сознания еще помнила про правила дорожного движения, кричала мне в ухо голосами проезжающих водителей, но я давно пропал. Я в плену у рыжей сумасшедшей, веснушчатой Зеленоглазки, и, похоже, отсюда нет выхода. Когда нога все же легла на педаль, то, будто повторяя за ней, ладонь Вивьен накрыла пряжку моего ремня.
– Теперь моя очередь.
«Видит бог, если мы погибнем в аварии, жалеть я не стану».
Застежка на ремне предательски звякнула, пропуская руку Бернелл дальше, и пришел мой черед откинуться на сиденье, пусть и на пару секунд.
Впереди замаячила парковка моего дома, и я был готов возносить дары богам, в которых давно не верил. Остановившись почти на самом въезде, я перехватил запястье Вивьен, отстраняя от себя, – Бернелл недовольно рыкнула в ответ.
– Выбирай, Веснушка, попалась или попала?
