Она находилась на опушке леса. Купол деревьев здесь был тоньше и пропускал больше света, который дождем ниспадал вниз косыми голубыми лучами. Несколько лучей освещали надгробие, отчего древний камень почти светился во мраке.
Эдриенн осторожно поднялась и попыталась оценить свое состояние, продолжая внимательно смотреть по сторонам. Болела лодыжка. Видимо, девушка подвернула ее, пока катилась по склону. Однако наступать на ногу было можно. Фонарик лежал у нее за спиной, а его луч был бесполезно направлен на ствол дерева. Покупки были разбросаны там, где высыпались из пакета после падения Эдриенн. Она достала фонарик, потом встряхнула сумку, чтобы заглянуть внутрь. Там было всего две упаковки с лапшой быстрого приготовления, потому Эдриенн положила пакет на землю и начала осматривать окрестности, медленно перемещая луч света, чтобы оценить масштаб устроенного ею беспорядка.
Она собирала покупки обратно в сумку, но, обнаружив баллончик, остановилась. Она разорвала упаковку и сжала оружие в руке. Ощущение баллончика в ладони, каким бы маленьким он ни был, успокоило ее, и Эдриенн позволила себе на несколько минут остановиться.
– Хорошо, – ее голос прозвучал странно; он был дрожащим и тонким, а лес, казалось, засасывал его в себя. – Отсюда до дома меньше минуты пути, и мы знаем, в каком направлении двигаться. С нами все будет в порядке.
Она вернулась к своей сумке, сгребла все покупки, которые нашла, и повесила ее через плечо. Подумав, что нескольких упаковок еды там все же не хватало, она решила, что они вполне могут подождать в лесу до утра.
Треснула ветка. Эдриенн попятилась обратно на поляну, чувствуя, как страх душит ее. Она попыталась убедить себя, что все в порядке, что ветки в лесу все время ломаются сами по себе, что никто не сможет подойти к ней так, чтобы она не услышала, и что баллончик защитит ее от всего, что бы ни пряталось в ночи. Но первобытные инстинкты в ней кричали, заставляя бежать.
В лесу было до жути тихо. Эдриенн ничего не слышала с тех пор, как несколько минут назад тревожно вскрикнула сова. Не было ни звуков летучих мышей, ни птичьих криков, ни даже стрекота насекомых. Это было ужасно, до тошноты похоже на то затишье, которое наступало за несколько минут до закатного явления.
Эдриенн повернулась обратно к поляне, отчаянно пытаясь найти дорогу, которая бы привела ее домой. Сверкающий надгробный камень привлек ее внимание, и Эдриенн нахмурилась, подойдя ближе. С тенью от надгробия было что-то не так. Она вытянулась длинным и черным прямоугольником далеко за пределы камня, но угол падения не совпадал с углом остальных теней, а сама тень была намного темнее, чем должна была быть.
Мурашки от страха пробежали по рукам Эдриенн, когда она остановилась на ее краю. Она попыталась сглотнуть ком, вставший поперек горла, но не смогла.
Девушка стояла не рядом с тенью. Прямо перед ней расстилалась глубокая черная дыра.
Могила была раскопана.
Эдриенн посмотрела на надгробие.
Э. ЭШБЕРН.
ЗАБЫТАЯ, НО НЕ УШЕДШАЯ.
Надгробие было слишком старым, чтобы принадлежать Эдит, но вполне совпадало с тем временем, когда вся семья Эшберн была убита.
Возможно, сейчас, как и десять лет назад, было как раз подходящее время для разграбления могилы.
Эдриен облизнула губы. Кусочки головоломки встали на свои места, но картина стала еще более запутанной, чем прежде.
Вокруг поляны была разбросана вырытая земля. Она была сухой, должно быть, могилу раскопали несколько часов назад.
Ее разум силился найти ответ, но тщетно. Она не видела ни одной причины для осквернения могилы, когда от трупа уже ничего не осталось, а единственный человек, для которого покойница хоть что-то значила, скончался.
Это было довольно сложно, но она не могла не думать об этом.
Листья, хрустнули под тяжелой поступью.
Эдриенн повернулась и медленно, осторожно подняла фонарь, чтобы осветить край леса.
Там стояла женщина, вздернув подбородок и пристально глядя на Эдриенн.
