— Бот, — позвала я, — а ты сможешь найти какой-нибудь предмет, если у тебя будет его описание?
— Нет, — ответил он. — У меня отсутствует подобный модуль или инструмент.
— Ну вот, самого главного у тебя нет. Но если вдруг заметишь дерево с белыми ягодами, дай знать, tey.
С деревом нам не повезло, однако вскоре мы наткнулись на кучку своеобразных растений. Я их вообще сначала не заметила, но, когда проходила мимо, они все как один раскрыли крупные листья и показали светящиеся красным овальные плоды, как бы приглашая отведать их. Вообще, красный цвет — цвет безопасности, но от этого они менее подозрительными не становились, и я попросила бота просканировать их. Его вердикт был следующий:
— Кандур — сорок восемь процентов, шандлибазс — тридцать целых и одна сотая процента, остальная часть — неизвестное вещество. Поедание данных плодов выведет ваши мышцы из строя. Вы задохнетесь от неспособности дышать. Если раньше не остановится ваше сердце.
— Поняла, поняла, — отдернулась я от растения, над которым нависала, — идем дальше.
Растения спрятали смертоносные плоды, как только мы отошли.
После долгих поисков (к тому времени мы преодолели еще полгифрана) я наткнулась на то, что вроде как было съедобным — то были маленькие кустики с «юбочками» из веток в нижней части, под которыми они прятали овальные фрукты. Не знаю, правда, были ли это настоящие фрукты, я их не пробовала, но мне они их напоминали.
Вообще, в бытность призраком я видела, как эти плоды уплетают самые разные животные. По идее это знак, что все нормально, можно кушать. Но с другой стороны — насколько я похожа на животных леса в плане внутреннего строения или… не знаю, как выразиться… в плане эволюционном? Обычная для них еда может оказаться для меня ядом, вот.
— Вы можете это съесть, — вынес бот вердикт, просветив куст лучом от и до. — Однако большой пользы от них не будет. Равно как и вреда.
— Лучше так, чем никак.
Я сорвала первый фрукт, худо-бедно вытерла его рукавом и надкусила. Увы, на вкус он казался примерно таким же, как и польза от него, — то есть никаким, пустым, как бумага. Он был сочным, но сочность ему ни-че-го не давала.
Закончив с первым фруктом, я заставила себя съесть еще два, после чего желудок все-таки успокоился, почувствовав насыщение. Уф, makara… Первая моя трапеза за целую вечность. Не самая вкусная, но это и неважно. Соскучилась я по этому чувству, когда ты наелась и больше тебе ничего на свете не надо.
Четыре фрукта я взяла про запас, набив ими карманы, и поднялась с колен.
— Предложение: продолжать искать съедобные растения, — сказал бот.
— Так-то я всеми руками и хвостом за, но это уже потом, — ответила я. — Не знаю, сколько времени я провела без сознания, но, полагаю, нам пора начинать беспокоиться, что скоро наступит ночь.
Нельзя забывать, где ты находишься, мысленно напомнила я себе. Ты теперь полноценная участница враждебной экосистемы.
— У меня есть фонарь.
— Один фонарь не факт, что поможет.
— Требуется уточнение запроса.
Я ему объяснила, что тут да как.
— Занесено в память. Пожалуйста, расскажите более подробно о «неописуемо страшных обитателях ночи». Замечание: данная информация поможет мне быстрее принять решение в будущем. Если они попадутся нам на пути, я буду атаковать превентивно.
— Боюсь, бот, что я не особо много о них знаю, — вздохнула я. — К тому же мы далеко отошли от того места, где я раньше жила, и тут могут обитать совсем другие чудища.
— Принято, — сухо отозвался он. — Напоминание: со мной вы в безопасности.
— Верю. Но все равно нужно подыскать укрытие. — Я шлепнула себя по лбу ладонью; получилось больнее, чем я хотела. — Дуреха, надо было сразу об этом задуматься…
Столько всего разом навалилось, что я просто забыла!
— Сканирую рельеф, создательница. — Бот молчал несколько секунд, а затем сказал: — Есть положительный результат. В двух франах отсюда находится долина, в рельефе которой присутствует множество дыр разных размеров. Вероятно, мы сможем переждать ночь там.
— Фух, — выдохнула я, — вот так облегчение. Молодец, бот.
Рано радоваться. Туда еще добраться надо.
Я стала частенько поглядывать на кристаллы, все надеясь обнаружить в них изменения, предзнаменующие наступление ночи. Меня не покидало тягучее ощущение под сердцем, что кристаллы вот-вот погаснут, и окрестности мигом накроет черным одеялом.
Дабы немного отвлечься, я завела разговор.
— Бот, а каково быть тобой? — спросила я.
— Требуется уточнение запроса, — невозмутимо ответил он.
— Смотри: вот я уже несколько часов радуюсь своему новому… эм, бытию. Открываю для себя позабытые ощущения. Мне стало любопытно: как ощущаешь мир ты?
— Обрабатываю запрос.
Gapu, он думал добрую минуту. Вот же я его озадачила.
— Никак, — ответил он наконец. — Я не осязаю, не чувствую и даже не вижу в привычном для вас понимании, создательница. В моей модели не предусмотрены соответствующие модули.
И над этим он думал минуту?
— Потому я тебя и спрашиваю, — продолжила допытываться я. — Как-то ты все-таки воспринимаешь окружающий мир, пусть и по-своему.
