Шестнадцать лет назад его отец совершил роковую ошибку — не поддержал Аарона, оставшись верным подданным династии Кольби. Взойдя на трон новый император жестоко покарал упрямого правителя Севера. Такие вещи он отслеживал точно и никогда не оставлял без внимания. Спустя год после коронации, Роан разорвал на клочки семью Кайя: отца сожгли, как врага новой власти на площади Радости, старшего брата повесили у ворот родной вотчины прямо в Астре, над матерью герцогиней публично надругались самым зверским способом, ослепили и выгнали собирать милостыню на просторы умытого кровью северо — востока.
Земли, принадлежащие семье вместе с казной, судостроительной мануфактурой определили в пользу государства, а значит — Аарона, остальное же имущество — дома, скот, взял на правах «управления» Наместник дерра — лорд Эштан таал Мийяр, весьма скользкий, двуличный тип, представитель близкого кружка нового императора. Он же милостиво оставил семилетнего сына герцога Виррора в своем личном распоряжении.
Семейство Сойлеров тогда еще проживало в Талассе, но Лейя четко запомнила скупые намеки уже повзрослевшего Кайя о ненависти, пробуждаемой исполнением унизительных поручений Мийяра, которые приходилось терпеть. Как этот урод устраивался ночевать в родительской спальне, на их кровати, заставляя прежде стягивать сапоги и массировать ступни ног, тщательно мыть волосатое, потное тело. Ему доставляло особое удовольствие унижать сына бывшего властителя края, помыкая им на свое усмотрение, держа на побегушках по самым мелким поручениям; получал наслаждение, наказывая в зависимости от настроения. Кай сносил молча. Со временем Наместник стал ему доверять и давать более ответственные поручения, разрешив выезжать из Астры на мыс Марли, с доставкой в гарнизон срочной почты и съестных припасов.
Случалось, разбойники, крестьянская хулиганье выслеживало в пути, нападало и избивало подростка. Из черной зависти, из ненависти за свою извечную горькую долю. По причине умственной ограниченности им хотелось отомстить и вывалять в грязи «герцогского выродка», того, кто еще вчера по социальному статусу находился выше их всех, вкусно ел и пил, сладко спал. Им нравилось топтать ногами «голубую кровь», плевать в красивое и гордое лицо, того, кто никогда не встанет на колени. Кай не отрекся от отца, как мог поддерживал мать и никогда не жаловался, предпочитая с достоинством терпеть несправедливость. Он ничего не забыл.
Лейя лечила несчастного, обрабатывая синяки и ссадины едкими растворами в комнате прислуги. В плохую погоду Кай предпочитал заночевать во внутреннем дворике «Сноуфорста», прямо в телеге накрывшись рогожей, или на полу сарая, присыпанным соломой. Кайлеб имел привычку долго и пристально смотреть на дочь лорда Сойлера, отчего у той сжималось сердце и дрожали колени. Чисто интуитивно ее пугал его приезд и любое проявление внимания, хотя она отлично понимала униженное положение и уязвимость личного слуги Наместника. Старалась не выказывать разницы в отношении к нему и ее окружению.
Когда они сошлись ближе и начали чаще общаться — дискомфорт, испытываемый на первых порах — прошел. Лейя вспомнила, как мазала настойкой багульника большую ссадину на скуле Кайя. Сидя на стуле, он словно застыл с каменной физиономией, не сводя глаз с лица девушки. Рана не являлась критической, но он пожелал обработки. Тогда же дочь коменданта впервые осознала: гость из Астры приходит сюда ради НЕЕ. Ему нравится ЕЁ компания. Он ищет общения и встреч именно с НЕЙ.
Неловкое молчание попеременно нарушалось их дыханием, поскрипыванием половиц, да жужжанием мухи у оконного проема. Несчастная пыталась пробиться сквозь стекло и обрести свободу. То хаотично ударялась в преграду, то ползала вверх — вниз.
— Готово.
Закончив, Лейя убрала склянки и отвернулась к умывальнику ополоснуть руки. В сухой расщелине деревянного подоконника, под старой паутиной, без признаков жизни лежала бабочка.
— Иш тар шахх пиир ым эрр, — произнес Кай чуть слышно, подхватив ее за кончик крылышка, спрятал в кулаке, а когда раскрыл ладони, насекомое резво запорхало по комнате к полному изумлению девушки.
— Перламутровка! — улыбнулась она, любуясь окраской: оранжевой в черную крапину. — Странно, я думала давно мертвая.
Не первый день тут лежит, ведь так? Выходит — спала. Или? Да, ну…не может быть!!! Это просто другая бабочка.
Кай не ответил, только пожал плечами и загадочно сверкнул глазами. Не оглядываясь, спустился с крыльца и уселся в телегу. Через пару минут послышался стук копыт по брусчатке хозяйственного дворика — слуга Наместника Севера покидал крепость, двигаясь в направлении Астры.
Время утекает подобно ручейку воды или песчинкам, ускользающим прямо сквозь пальцы, а может и через удары упрямого сердца, наотрез не желающего понимать, что все давно в прошлом…Прошлое мертво, и оно никогда не вернется. Пора перестать думать о нем. Просто ждать вестей, не поддаваясь приступу паники. Просто жить.
