За ужином все вели себя непринужденно, смеялись, рассказывая какие-то забавные истории, обсуждали местные красоты. Мельниковы пикировались шутками по поводу своей начинающейся семейной жизни. Когда стемнело, на деревьях зажглись гирлянды маленьких разноцветных фонариков, которые отбрасывали акварельные блики на наши лица, опустевшие тарелки и мерцающие в полумраке бокалы. Молодец Кира, даже в мелочах умеет создать уют и гармонию. Мы сидели напротив друг друга, то и дело встречаясь взглядами, и какая-то невидимая ниточка, еще очень непрочная, снова протянулась между нами. Что сделать, чтобы она не оборвалась?
Славка задумал организовать ночное купание, но мудрая Нина отговаривала его от этой затеи – все-таки мы немного выпили и местные течения были нам незнакомы. Невольно от темы рискованных заплывов разговор перешел к произошедшим событиям:
– Я не могу понять, как Иван умудрился утонуть. Он рассказывал, что профессионально занимался плаванием и имел спортивный разряд. Эти места, реку, омуты знал как свои пять пальцев. Да и на здоровье вроде не жаловался, – загрустив, сокрушалась Кира. – А ведь и Даша была опытной пловчихой. Что это, случайное совпадение? Их ведь ничего не связывало?
– Пока все выглядит именно как трагическая случайность. – Я невольно сделал ударение на слове «пока». – Но не люблю такие совпадения.
– Особенно после разгрома в доме рыбака, – проговорился Курочкин, вызвав массу вопросов и восклицаний. Пришлось рассказать о случившемся, все равно слухи по деревне пойдут.
Кира ни о чем не спрашивала, но выглядела задумчивой, помогая подруге собирать посуду. Заметив, что уставший Аркаша задремал прямо за столом, я поднялся:
– Так, пора нам собираться, Славка, пока мы все тайны следствия не выболтали. Что-то ты, братец, захмелел на радостях. Да и хозяевам надо отдохнуть. Поедем к твоим на дачу, а завтра с утра надо в конторе на глаза начальству показаться. Не то решит полковник, что мы тут себе санаторий устроили.
– И куда же вы в ночи поедете, мне интересно, да еще выпивши? – возмутилась Нина, пресекая все мои возражения. – Кира, ты же не против, если ребята здесь переночуют? Я видела в сарае раскладушку, поставим ее в столовой или прямо на террасе, если Игорь комаров не боится. А Слава на топчанчике в баньке поместится, там дух хороший, целебный, как раз к утру протрезвеет. Сейчас я ему постелю, а потом Аркадия растолкаю и за печку уложу. А вы пока раскладушку тащите.
Перечить Ниночке, привыкшей всеми руководить, никто не осмелился. Славка послушно побрел за ней к баньке, зевая на ходу. Мы с Кирой оказались вдвоем в глубине темного сада, где прятался сарайчик с разной утварью. Она вдруг схватила меня за руку, прислушиваясь к ночным шорохам, зашептала:
– Показалось, кто-то ходит за забором. Ты ничего не заметил? Мне что-то все мерещится в последнее время.
Момент был самым подходящим, чтобы сделать то, что мне хотелось весь вечер, – обнять ее и прильнуть к нежным, мягким губам, пахнущим ягодами и вином. Но Кира резко отстранилась.
– Ты думаешь, я специально разыгрываю испуганную дурочку, которую надо спасать поцелуями от страхов и наваждений? Поверь, я не трусиха. Но многое вокруг мне кажется странным, не тем, чем является на самом деле. Я должна тебе об этом рассказать, но между нами, без всяких протоколов. Даже если мои слова покажутся тебе глупыми выдумками…
Мы присели на шаткое, покосившееся крылечко хозяйственной постройки. Не выпуская Кирины тонкие пальчики, я внимательно слушал ее сбивчивые рассуждения. Она как бы говорила сама с собой, перебирая события и лица. Руки при этом не отнимала.
