— Не жди меня. Может быть, я загляну к папе с мамой… или зайду к кому-нибудь.
Она ушла. Не сказав «до свидания», не поцеловав, даже не махнув на прощание рукой. Тэрри услышал, как хлопнула входная дверь и зашуршал гравий под колесами отъезжающего «мерседеса». Снова зазвонил телефон, он автоматическим движением поднял трубку.
— Это снова Элан Бедфорд. Малтрэверса нет дома. Я записался на автоответчик. Нет гарантии, что это тот Малтрэверс, но вероятность велика. Когда мы достанем газету, посмотрим, может быть, там есть какие-то косвенные данные об адресе.
— Я ничего не нашел, — сказал Кершоу. — По-моему, она намеренно окружает себя тайной.
— Мы ее разыщем. Никому не спрятаться в Лондоне навсегда. Нужно только проявить терпение. Пока, Тэрри.
— Подождите, не вешайте трубку. У меня еще одна просьба. — Кершоу почувствовал, что расплывчатые подозрения, беспокоившие его много месяцев, сфокусировались, и с силой сжал трубку. — Ничего не записывайте, Элан. Это — строго между нами. Не имеет никакого отношения к нашей компании. Ничего не надо говорить старику.
— Вы хорошо знаете мое агентство, Тэрри. Мы всегда соблюдаем конфиденциальность. Пока действия клиента остаются в пределах законности. Что вы хотели?
— Я хочу, чтобы вы последили за моей женой.
Последовала пауза.
— Понятно. В течение какого срока?
— Пока не выясните, где она проводит время, когда я на работе.
— Я сожалею, что вам приходится меня об этом просить. Никогда не думал, что вы окажетесь в таком положении. Когда нам приступать?
— Сегодня. Она сказала, что отправляется в магазин. По ее понятиям, кроме «Хэрродз» магазинов не существует.
— Минут через двадцать к вам заедет одна молодая леди, — сказал Бедфорд. — Дайте ей последнюю фотографию вашей жены, и она начнет работать. Когда появятся какие-нибудь данные, я вам сообщу.
Пансион, принадлежащий Джеку и Кейт Бакстонам, был расположен у подножия головокружительно крутого Порлокского холма, при съезде с которого туристам приходилось так сильно жать на тормоза, что воздух постоянно наполняла гарь от задымившихся колодок, и они клялись, что спускаются здесь в первый и последний раз. Ослепительно белые, оштукатуренные «под шубу» дома, с окнами из декоративного нарезного стекла, через которое проглядывали цветастые занавески, и толстой соломенной кровлей на крышах создавали идиллическую картину, приятную взорам отдыхающих, особенно американцев, прибывающих на поиски романтизированного образа Европы. В доме стояла подлинная мебель времен короля Георга, столы в гостиной украшали вышитые скатерти, на пухлых стульях были надеты чехлы, отделанные тамбурным швом, по стенам висело множество гравюр цвета сепии, изображающих охотничьи сцены.
Такое явно смешное сочетание создавало причудливый своеобразный стиль, действующий успокаивающе. К удовольствию гостей, его дополняли современные удобства и цветной телевизор.
Джека Бакстона все еще можно было узнать по фотографиям, которые попались Малтрэверсу при подготовке к интервью, но лицо его обрюзгло, а вызывающе длинные волосы, обязательный атрибут шестидесятника, сменила скудная пепельно-седая шевелюра, начесанная вперед и напоминающая потертую швабру. При рукопожатии Малтрэверсу показалось, что у него в руке часть окорока, примыкающая к суставу — помертвевшее мясо, скрывающее изуродованные раздробленные кости. Не удержавшись, он опустил взгляд и увидел покрасневшие пальцы, искореженные хроническим артритом, торчащие из ладони, как гигантские раздавленные креветки.
— Если вам известно обо мне, то наверняка вы знаете и о них, — сказал Бакстон.
— Знаю, — сочувственно кивнул Малтрэверс. — Вы не хотите об этом говорить?
— Вовсе нет. Я смирился с этим. Однако вам сначала надо освежиться с дороги. Я покажу вашу комнату, извините, не могу донести чемодан.
Они поднялись вслед за ним по узкой лестнице. Какой бы ни была первоначальная планировка Джасмин Коттедж, дом был большой, что позволило разделить верхний этаж на шесть двойных спален. Бакстон отвел их в комнату, примыкающую к задней стене дома.
— Здесь меньше шума от транспорта, — пояснил он, окидывая помещение хозяйским взглядом, чтобы проверить, хорошо ли поработала горничная. — Извините, мыло надо заменить. Я прослежу за этим. Если вам еще что-нибудь понадобится, позовите меня или Кейт. Когда вы будете готовы, найдете меня внизу.
В номере была только раковина, и Тэсс отправилась на поиски ванной, а Малтрэверс занялся тем временем распаковкой их весьма скудного гардероба. Когда спустя двадцать минут Тэсс вернулась, он был поглощен изучением путеводителя по Эксмуру.
— Оказалась в другом конце коридора, — сообщила она. — Очень освежает. Пока ты принимаешь душ, я спущусь вниз и представлюсь Кейт Бакстон. Если она была танцовщицей, то возможно, у нас найдутся общие знакомые. Это нас сблизит.
— Счастливо.
