— Вот сам за него замуж и выходи! — рявкнула Дафна, явно не разделявшая его оптимизма.
— А что я сказал-то? — захлопал ресницами Забини. — Я же просто…
— Не надо, — предупреждающе сказал Гарри. — Просто… не стоит, ладно?
Дафна посмотрела на него с неким подобием благодарности. Гарри прекрасно понимал, в каком состоянии она сейчас находится. Он хорошо помнил, как сам испытывал нечто подобное, выслушивая от родителей лекции о том, как ему необходимо поступить на Гриффиндор. Тогда он ощущал страшное давление от того, что вся его жизнь, казалось, уже заранее продумана и спланирована кем-то. А ведь выбор факультета ерунда по сравнению с замужеством…
Очевидно, эти мысли каким-то образом отразились на его лице, потому что Малфой неожиданно поморщился.
— Ой, ну только не надо делать из этого конец света! Можно подумать, мы такие первые! В наших семьях поколениями все женились по расчету, и до сих пор от этого еще никто не умер!
— Конечно! Очень удобно так рассуждать, когда ты мальчик! — огрызнулась Дафна. — Запер жену в четырех стенах — и делай, что хочешь! А я не собираюсь всю жизнь возиться с детьми, вышивать крестиком и сверкать бриллиантами на светских раутах, как моя мама! Я не хочу быть просто дополнением к своему мужу! Я вообще не хочу замуж! — в ее глазах сверкнули слезы.
Она всхлипнула и, не обращая внимания на ошарашенное лицо Драко, вскочила на ноги и вылетела из купе, хлопнув дверью.
— Что это с ней? — изумился Блейз.
— Истерика, — флегматично пожал плечами Тео. — С женщинами такое иногда бывает.
— О, правда? И давно ты научился разбираться в женщинах? — тут же заинтересовался Забини.
— Я пойду поговорю с ней, — Гарри поднялся на ноги.
— Уверен? — Драко поднял бровь. — Смотри, и тебе прилетит…
— Ну, для этого и нужны друзья, правда? — усмехнулся Поттер и, перешагнув через вытянутые ноги Малфоя, вышел в коридор.
— Весело год начинается, ничего не скажешь, — резюмировал Блейз, разведя руками. — Слушайте, а лягушки еще остались? Жрать хочу — умираю!
***
Дафна стояла у раскрытого окна в дальнем конце коридора, жадно вдыхая свежий воздух. Ее плечи мелко подрагивали.
— Даф, — негромко позвал Гарри, касаясь ее плеча.
Он предполагал, что она не захочет разговаривать, и готов был оставить ее в одиночестве по первому требованию, но она неожиданно обернулась и, всхлипнув, уткнулась лицом в его плечо. Опешивший в первый момент Гарри замер, а затем неуверенно начал:
— Слушай, я понимаю…
— Не надо, — тихо попросила Дафна, не поднимая головы. — Просто постой со мной минутку, ладно?
Гарри молча кивнул и, помедлив, обнял ее, неловко проведя рукой по светлым волосам. Благодаря множеству прочитанных книг он хорошо знал, что иногда молчаливая поддержка важнее любых слов. Он не знал точно, сколько они простояли так, обнявшись, возле окна, за которым проносились на огромной скорости сельские пейзажи, но в конце концов плечи Дафны перестали вздрагивать, и она отстранилась.
— Ну вот. Я уже в норме, — она откинула со лба волосы и слабо улыбнулась, глядя на него чуть покрасневшими глазами. — Спасибо.
— Не за что, — он улыбнулся в ответ. — Если хочешь, можем побыть здесь еще немного. Ну, знаешь, пока Блейзу не надоест обсуждать эту тему.
Дафна насмешливо фыркнула.
— Блейзу никогда не надоест.
— Это точно, но ведь надежда умирает последней, — Гарри сделал страшные глаза, и Дафна рассмеялась.
— В этом случае она скончалась в муках еще до того, как он родился! Кстати, я видела вас с сестрой, когда вы прощались с Блэком… — она чуть сощурилась.
Улыбка на лице Гарри померкла.
— Выглядело мило, да? — задумчиво протянул он. — Дети-сироты и заботливый опекун — лучший друг родителей.
— А на самом деле? — Даф наклонила голову набок, проницательно глядя на него. — Я помню, ты говорил, что он не слишком-то тебя любит…
— Так и есть… было… На самом деле, это очень странная история, — Гарри потер лоб. — Идем в купе, думаю, остальным тоже стоит это услышать.
***
Два месяца назад, встретив на платформе подозрительно веселого и необычно дружелюбного Сириуса, Гарри вполне закономерно насторожился.
Он прекрасно помнил, как относился к нему крестный сестры зимой, не говоря уже о предыдущих одиннадцати годах, поэтому был морально готов и к привычному равнодушию, и к возможной неприязни, и даже к открытому конфликту.
Но к чему он не был готов, так это к искренним улыбкам, добрым, почти отеческим похлопываниям по плечу и полным озорного веселья взглядам.
А между тем Сириуса Блэка будто подменили — всегда холодный и напряженный по отношению к сыну друзей, он внезапно начал относиться к нему точно так же, как к Анне, которую обожал с рождения. Да что там так же, в некоторых моментах даже лучше. Как обычно бывает с мужчинами, которым легче найти общий язык с сыновьями, чем с дочерьми.
