— Знаю, — Кристиан поморщился. — Я уже отправил Патронуса Снейпу. Он обещал вырваться, как только сможет. Сам понимаешь, не в письме же о таком писать.
— А что с ребенком? — Регулус посмотрел на Джонатана. — Вы же знаете, кто он! Вы сможете снять печати? Как его зовут?
Фоули слегка покачал головой.
— Конечно, я готов провести ритуал очищения. Я совершил огромную ошибку и буду жалеть о ней до конца жизни… Но я не могу назвать вам имя мальчика. Поймите, все, кто знал о ребенке, принесли клятву в ту ночь и…
— А я, кажется, знаю, кто он, — внезапно сказала Алекс, и все обернулись к ней. — Я почти уверена. Я с самого начала чувствовала, что с ним что-то не так…
— С кем? — взволнованно спросил Блэк.
Алекс задумчиво прикусила губу.
— С Гарри Поттером. Сами подумайте, он поступил на Слизерин, он очень умный для своих лет, у него природные способности к легилименции, и даже внешне он совершенно не похож на свою сестру…
— И он участвовал в ритуале, — вспомнил Регулус, ошарашенно глянув на Мальсибера. — А ведь у Поттеров и Гонтов равные способности к некромантии!
— Так, стоп, — прервал его Кристиан, подавшись вперед и уперевшись локтями в колени. — Думаю, с личностью сына Лорд разберется и без нас. В конце концов, если там все так очевидно, это не займет у него много времени. Да и Снейп, наверняка, поможет.
— Эй, а как же Гарри? — возмутилась Алекс. — Дядя Джон, это ведь он, да? — и, увидев неопределенный кивок, посмотрела на брата. — Он имеет право знать правду!
— Нет! — вскинулся Кристиан, поднявшись из кресла. — Лорд сам решит, когда и о чем ему рассказать, ясно?
— Нет, не ясно! — Алекс тоже вскочила на ноги. — Ты просто не понимаешь! Ты не видел, как Гарри переживал из-за родителей! Поттеры никогда не любили его, и он это чувствовал, думаешь, ему легко было все эти годы? И с какой стати он должен мучиться дальше, пока ваш Лорд что-то там решит?
— С такой стати, что это его сын!
— И что? Он же не вещь, Крис! Он живой человек!
— Алекс, — голос Кристиана угрожающе понизился, — ты ничего ему не скажешь, поняла? Я тебе запрещаю!
— О, даже так? — Алекс недобро сощурилась. — И что ты сделаешь? Память мне сотрешь? Запрешь в подвале? Или возьмешь пример с Дамблдора и погрузишь в стазис до лучших времен?!
Кристиан, видя, что на его авторитетное мнение главы семьи плевать хотели, шумно выдохнул и сменил тактику.
— Послушай, — уже гораздо мягче начал он, — я понимаю, ты подружилась с этим мальчиком, беспокоишься за него, поверь, я тоже желаю ему только хорошего. Но сейчас нельзя делать резких движений, понимаешь? Мы не знаем, как Гарри отреагирует на эту новость. И потом, он ведь ничего не знает о Лорде! Своей правдой ты можешь его травмировать…
— Ты просто не знаешь этого ребенка, — возразила Алекс, усмехнувшись. — Могу поспорить, что если он с друзьями еще не вычислил твоего Лорда, то очень скоро это сделает!
Кристиан прикрыл глаза.
— Я прошу тебя, — очень тихо сказал он, — поклянись, что ты ничего не расскажешь Гарри о его происхождении. Пожалуйста, Алекс.
Она молча посмотрела на него, явно не считая его доводы убедительными, но затем все же с досадой кивнула.
— Хорошо. Я клянусь, что ничего не расскажу Гарри о его отце. Доволен?
***
Анна сидела на полу в своей спальне и гипнотизировала взглядом разложенную перед ней карту. А конкретно — точку с подписью «Гермиона Грейнджер», неподвижно застывшую на территории больничного крыла.
— Эй, — подошедший сзади Невилл положил руку ей на плечо. — Ты в порядке?
— Нет, Нев, я не в порядке, — Анна подняла на него сухие покрасневшие глаза. — Я чувствую себя…
— Ужасно, — со вздохом закончил за нее Невилл и сел рядом. — Знаю. Я тоже. Но ведь мы сами видели, ей стало лучше… И мадам Помфри сказала, что с ней все будет хорошо. Просто переутомление…
— Ты в это веришь? — спросила Анна почти с надеждой.
— Конечно! — уверенно заявил Невилл, искренне надеясь, что его голос звучит убедительно. — Она обязательно поправится. Без вариантов. И, знаешь что, по поводу всех этих тайн… — решительно начал он, но вдруг осекся, случайно бросив взгляд на карту. — Погоди, это что, Дамблдор?
Анна мгновенно впилась взглядом в пергамент и тут же обнаружила точку с подписью «Альбус Дамблдор», появившуюся совсем рядом с Гермионой. А затем к ним подошла и мадам Помфри. Некоторое время все три точки не двигались, а затем Дамблдор отделился от остальных и вышел из больничного крыла.
Анна и Невилл переглянулись.
— Может, он приходил узнать, как она себя чувствует? — без особой уверенности предположил Невилл.
И в этот момент точка, обозначающая Гермиону, внезапно исчезла.
— Что? — Анна потрясла головой и схватила карту. — Ты видел? Куда она делась?
Невилл ощутил, как по коже пополз холодок.
— Не знаю, — медленно протянул он. — Гарри и его друзья так же пропали, когда залезли в секретный ход…
— Да, но в больничном крыле нет секретных ходов! А даже если есть, ты же видел, она не двигалась! Просто исчезла! Сразу после того, как пришел Дамблдор!
