Оля взяла всё в свои руки. Вооружившись большим шприцом, она одним отточенным движением впрыснула питание в рот Волчонку, отчего он осоловел и вырубился. Ненадолго – ведь, как выяснилось, кормиться ему требовалось каждые несколько часов, и его, разумеется, не волновало ни когда, в таком случае, спать Серёже, ни что тот его спас и заслуживал снисхождения.
Таким образом, к тому моменту, как близнецы добрались до кровати, в голове у Сергея были помехи и белый шум. Серёжа провалился в глубокий, как обморок, сон, который перешёл в явь с быстротой и непринуждённостью монтажной склейки.
Когда Сергей проснулся, за окнами перебирал дождь. Герман лежал, положив руку под голову.
– Наконец-то, – сказал он и обстоятельно потянулся. – Сколько можно ждать. Ты дрыхнешь, а мне обоссаться, что ли?
Брат коротко наведался в ванную и, не оставив Серёже шанса умыться и почистить зубы, пошёл в кухню, с ногами залез на табуретку и обхватил руками голые колени.
На кухне солнечным лучом скользила Ольга. Она жарила яйца.
– Герман, ты бы хоть штаны надел, – упрекнула она.
– Высказывай претензии своему приятелю, – хмуро ответил ей Герман.
– Зачем обманываешь? Я сразу поняла, что это ты. У Серёжи совсем другая походка.
– Надо же, какая проницательность. Тогда не смею вам с Серёжей мешать. Просто не обращайте на меня внимания.
Герман сбросил контроль над телом, как тяжёлый груз, и близнецы чуть не упали. Табуретка качнулась и с грохотом встала обратно на ножки. Сергей вцепился в неё обеими руками, и сердце ухнуло в пустоту. Он перевёл дыхание и опустил ноги на пол.
Оля обернулась на стук. Сергею стало перед ней неловко за свой вид, за брата, за то, что не развлёк её, а обременил.
Поставив перед близнецами тарелку с яичницей, Оля с сомнением протянула:
– Или вам надо было отдельно положить?
– Ни в коем случае. По крайней мере, так он не плюнет мне в тарелку, – ответил Сергей.
– Малыша я покормила, он спит. Ну, я побежала!
– Уже уходишь?
Оля обернулась в дверях, на ходу натягивая свитерок.
– Мне надо на работу, ты не забыл? Сегодня прогон. Там и встретимся. Надеюсь, ты сможешь прийти, учитывая… обстоятельства.
Он не был в этом уверен. Он вообще теперь ни в чём не был уверен, а в первую очередь в том, не выставит ли их Елисеев.
Странно: Сергей убедил не отдавать Волчонка из страха, что в системе о нём плохо позаботятся, а сам справлялся с этим ещё хуже. Не говоря уже о том, что необходимые операции это не приблизило.
Оказывается, спасти – это ещё не всё.
– Дружище! Веришь, нет, я надеялся, что однажды ты кого-то приведёшь… но всегда думал, что это будет хорошенькая девушка!
– Кто-нибудь объяснит, что происходит? Что это за ребёнок? Откуда он взялся?
– Я его похитил.
– Да ладно?! Правда? Ты ещё и ребёнка похитил? Слушай, как ты всё успеваешь?
– Сергей, прекрати сейчас же. Это не смешно!
– А кто смеётся? Кто смеётся?! Я похитил его из ужасного места, где его не ждало ничего хорошего, потому что не смог пройти мимо. Это действительно так.
– Знаешь, Сергей, мне кажется, что тесное общение с Шурой плохо на тебя влияет. Вас надо держать друг от друга подальше!
– Ой, он такой прикольный, я не могу! Мы ведь его оставим, правда, Серёг? Даша, что ты на это скажешь?
– Что значит «оставим», это ведь не котёнок, – разгневалась Даша. – Замолчите все немедленно! Дайте мне всё как следует обдумать.
Волчонок глазел в потолок бессмысленным голубым взглядом. Елисеев сиял так, словно у него на глазах разворачивалось нечто захватывающее.
– Вы тут поиграйте, а мы пока обсудим кое-что, – бросил он Даше и увлёк близнецов за дверь.
Вслед им гневно донеслось:
– Шура! Если ты думаешь, что я буду ещё и сидеть с ребёнком, то ты ошибаешься! Я не собираюсь этого делать! Это будет всё, Шура! Я уволюсь, так и знай!
Елисеев увёл их на кухню. Там он отвлёкся на пакет с покупками, с огромным интересом его распотрошил, раздобыл оливки, вскрыл их, зашипел, оцарапавшись об зазубренный край, и, наконец, сообщил:
– Это ещё не точно, так что ты особо не раскатывай губу, но… в общем, намечается неслабая такая вероятность, что получится устроить тебе стажировку в Америке, в «Кельвин Кляйн». Как ты на это смотришь?
Стажировка в известном Доме моды? Для Серёжи, детдомовского мальчика, диковинного уродца? У него земля ушла из-под ног.
– Но как же, Шура… У меня ведь нет никакого образования…
Елисеев взмахнул рукой, отметая возражения.
– Да купим мы тебе что-нибудь! Или для тебя принципиально важно отсидеть три года на собственной жопе в швейном ПТУ, скажи?
В кухню заглянула Даша с планшетом в руках:
– Что касается питания, – деловым тоном сказала она. – Я изучила вопрос и выяснила, что это соска не годится. Необходима разновидность для детей с выявленными трудностями кормления. И насколько я понимаю, в нашем случае нанять няню через агентство не выйдет. Так что я подобрала несколько других вариантов. Предлагаю взглянуть и обсудить.
Сергей ощутил огромную признательность к Даше… и, чего уж там, стыд. Шура ударился в обсуждение нянь и сосок, словно это было увлекательнейшее занятие, которое только можно представить.
