Про Life полностью

Кредит за это оборудование предстояло выплачивать ещё пятнадцать лет. Из-за него студия была оборудована шторами затемнения, как в кабинете физики. Из-за него Андрей жрал разную гадость. Сегодня вот муравья.

– Гена называет их «Правый» и «Левый». По-моему, это очень показательно. Ты же знаешь Гену.

– Не обязательно слушать Гену, чтобы понять, какие они разные.

– Они не просто разные, как я и ты, например. Они – как… Подожди-ка…

Андрей достал из кармана монету и щелчком пальцев подбросил её в воздух. Она приземлилась на ладонь гербом вверх.

– Орёл.

Подбросил ещё раз.

– А вот… Гм, снова орёл.

– Я понял твою мысль, – остановил Свечин. – Разные, как стороны одной и той же монеты. У них вообще много… одного и того же. Общий позвоночник ниже шейного отдела, и внутренние органы не дублированы. А главное – их нервные системы большей частью перекрещиваются. Это значит, что близнецы, с высокой вероятностью, эйфосовместимы.

Монета утонула у Грёза в ладони.

– Мне повезло, – сказал он.

Эта мысль переплыла котлован сознания, над которым стоял зеленоватый туман. Не случалось ещё так, чтобы Грёзу везло, и он не верил тем, кто говорил: так легли карты или встали звёзды… И все рояли в кустах он прятал сам.

– Повезло, – согласился доктор. И добавил в сторону, так, чтобы не быть услышанным: – В отличие от них.

Вот что написали близнецы в анкетах:

Назови своё первое воспоминание

Герман: мать.

Сергей: радиоуправляемый луноход, с которым никому не разрешали играть. Потому что если бы его кто-нибудь сломал, то нечего было бы демонстрировать областной комиссии в доказательство того, что детский дом процветает.

Когда ты осознал, что вы с братом не такие, как другие дети?

Г.: когда узнал, что мать отказалась от меня.

С.: когда другие дети начали нас дразнить.

Назови положительные стороны того, что у тебя есть соединённый с тобой брат-близнец

Г.: всегда есть, с кем поговорить.

С.: таковых не замечено (зачёркнуто). Как бы там ни было, это единственный родной и близкий человек, который у меня есть.

…и отрицательные стороны

Г.: отсутствие личного пространства. Каждый из нас невольно в курсе того, что говорит и делает другой, и это невыносимо.

С.: невозможно спать на боку.

Что бы ты сделал, если бы вам с братом предложили операцию по разделению?

Г.: согласился бы.

С.: очень гуманный вопрос. Единственное, что можно предпринять для нашего разделения – это отрезать одному из нас голову. Я бы отказался.

…а после того, как такая операция была успешно проведена?

Г.: заводил бы новые знакомства, общался с людьми, путешествовал, занимался спортом. Попробовал бы алкоголь и лёгкие наркотики.

С.: спал бы на боку.

Кто, по твоему мнению, оказал наибольшее влияние на формирование твоей личности?

Г.: главный герой киноэпопеи «Звёздные войны».

С.: мой брат.

Новые соседи уходили, когда близнецы ещё спали, а возвращались, когда близнецы уже спали. Везде были их вещи, будто красные флажки, за которые не стоило заходить, но их самих не было. Иногда Сергей слышал их в соседней комнате, но не успевал настигнуть. А ему этого очень хотелось. Хотя бы для того, чтобы убедиться – он не выдумал их от одиночества и тревоги.

Итак, Сергея с братом вырвали из привычной среды обитания, как какой-нибудь припятский овощ, и привезли к таким же уродам предположительно затем, чтобы ввергнуть в сомнительный бар. При этом с близнецами обращались хорошо, кормили вкусно, купили им фирменные джинсы, и Сергей не понимал, как себя вести.

Надо было договориться об этом с Германом. Но брат ушёл в себя, бросил Серёжу. Когда он пытался понять, что сейчас чувствует Герман, перед глазами отчего-то вставал сюрреалистический космос с картины в прихожей.

Через неделю, устав от неопределённости, Сергей разобрал вещи и повесил в шкаф десяток самодельных футболок с двумя горловинами, положил на полку карты и зеркало – их с братом немногие личные вещи. Их сразу захотелось оттуда убрать. Почти пустая полка представляла собой жалкое зрелище. И тут Серёжа вспомнил, что у него есть кое-что ещё.

Он нетерпеливо вернулся к рюкзаку и достал пластиковую шкатулку со швейными принадлежностями. Из неё на Сергея уставились крупные круглые пуговицы в форме глазных яблок, насаженные на шпажки для канапе вперемешку с простроченными джинсовыми кусками.

У всех над кроватями было что-то вышито, спорото и залатано крест-накрест, а у Гены – нарисована маркером конструкция из бутылок, предназначенная, насколько Серёжа знал, для курения марихуаны через воду. Это странным образом противоречило тому, что говорил Свечин, и подчёркивало особое положение Гены в доме Грёз.

Сергей тоже решил пришить пуговицы прямо к стене.