Утром, перед выходом Алекс подошёл к Колуну:
— Григорьевич решил остаться в той общине, которую старик в Кадош провёл.
— Это правильно, — кивнул полковник, — если бы он или ты такое решение не принял, я бы сам его объявил. Война не для всех.
Сергей Иванович взглянул на Спайди, который что-то втолковывал дяде Боре. Дождавшись, когда мужчины попрощаются, подозвал разведчика жестом и неожиданно спросил:
— В парке Кадош ведь есть подходящий для нас катер, так ведь?
Макс был разведчик, но не шпион, контролировал свою ложь он неумело. На секунду он залип, подбирая подходящее выражение лица и затем… сдался.
— Да.
— Почему скрыл?
— План с выходом на Туапсе лучше. Расстояние 15 км, пройдем за 5 часов. До Кадоша на 6 км ближе, да, но в каком состоянии тамошний катер, не знаю.
— Макс, ну что ты плетëшь? Ну ведь к бабке не ходи, твой повод соврать — другой. И поверь, в принципе, он мне известен. Но хочу от тебя услышать.
Максим вздохнул.
— Опасался, что решите взять катер у общины. А я с ними… вернее, виноват, как бы перед ними… сработал я там плохо, люди погибли. Если у них транспорт забрать, другой они не добудут, беспомощные. А мы можем добыть какой угодно, мы специалисты. Потому и не сказал, чтобы не чувствовать себя скотиной. А нашу задачу я решу. Могу самостоятельно, если решите, что я своим выбором нашу группу под риск подвëл.
— Слушай, Спайди. Учись доверять командиру. Это то, о чём вчера с этим Григорьевичем говорили. Это мы, я и Башкир вас набирали в команду. Именно такими какие вы есть. Именно с таким устройством головы и совести — не как у скотины. По какой думаешь причине? Потому что сами такие. Но знаем больше и опыта имеем больше, чтобы решения принимать. Нам важно знать, что вы нам верите и важно самим вам доверять. Потому что это мы будем вам отдавать приказы, мы будем за это отвечать! За результат, за ваши жизни. Если ты не будешь мне доверять, ты всё время будешь сомневаться! А это потеря времени, инициативы, победы. Подумай об этом. Теперь другое время и другие обстоятельства, все сложнее. Задания, как видишь не просто: пойти и всех зачистить. Но мы те же, и отношения наши должны остаться теми же. Иначе нужно разбегаться и каждому работать индивидуально. Но каждый сам за себя это слабо, это не долго, это поражение. Думай. Выдвигаемся.
Переход был сложным. Тяжелее всех было Алексу. Колун поставил задачу к 16 часам дня выйти к реке Паук, охватывающей Туапсе с западной стороны. Макс был молод и подготовлен, сам полковник несмотря на возраст держал высокий темп, а вот бывшему чиновнику, хоть и тоже не забывавшему о спорте, приходилось туго. Шесть часов бесконечных спусков и восхождений на густо заросшие лесом сопки показались ему адом.
Колун видел, что мужик скорее загонит себя, чем попросит о дополнительном привале, поэтому сам объявлял о вне плановых остановках. Три человека для их задачи это и так очень мало, если потерять одного, задача усложнится кратно.
К 17.40 группа взошла на склон, с которого открылась панорама города и морпорта.
— Ну вы и кони, господа, — выдохнул Алекс восхищенно.
Сбросив автомат и рюкзак со стоном свалился к подножию огромной сосны на мягкий ковёр из душистых иголок.
Сергей Алексеевич и Спайди, глянули на него с сочувствием и вооружившись биноклями принялись рассматривать открывшуюся картину.
Припортовая часть города раскинулась в пределах бухты, охваченной с двух сторон реками.
Всё побережье было застроено промышленными постройками с многочисленными причалами.
Не вставая Алекс, знавший город наизусть, начал описывать, то что предстало перед наблюдателями.
— Под нашей горой река Паук. На другом краю бухты — река Туапсе. Нужный нам причал аж там, ближе к ней. Номер два, кажется. Катера и яхты только возле того причала швартуют. Остальные причалы под крупные суда, танкеры и прочую портовую херню. Вот те два волнореза видите? Как краб клешнями прикрывается, да? Они всю бухту перекрывают, как бы полукругом. Выйти из бухты можно только пройдя между ними. Между крайними точками волнорезов расстояние около 200 метров. На краях этих волнорезов маяки стоят. Тот, который от Паука к центру идет называется Юго-западный волнолом. Тот, что от Туапсе к центру — Южный мол. А от Южного мола отросток толстый видите в море уходит? Дальше всех. Это причал номер 1а.
— Да, да вижу, — проговорил задумчиво Колун, — красиво тут всё-таки…
……………………………………………………………………………………………………………
Около двух часов полковник и разведчик, изредка переговариваясь, наблюдали за портом.
— Алекс подходи, — позвал задремавшего мужчину Колун, — буду план рассказывать.
Сергей Иванович очистил от палой хвои небольшой участок земли и нарисовал на нём палочкой примитивную схему морпорта с причалами, молами и прилегающей частью города.
— Значит у нас задача: вот тут оказаться, — он нарисовал палочкой крест у основания Южного мола, — здесь причал с катерами. Взять катер и пройти вот тут, между маяками в открытое море.
— Звучит не сложно, — решил добавил юмора бывший чиновник.