— На многое, — уклончиво ответил Сириус, понимая, что для него этот разговор равен ходьбе по канату. Один неверный шаг, и все пропало.
Крауч несколько секунд внимательно вглядывался в его глаза, явно пытаясь найти подтверждение каким-то своим мыслям. Сириус знал, что этот слизеринец догадается. Да это видно даже слепому. Одна Мелоди не замечает, что он, Сириус Блэк, влюбился в нее по уши и не может ничего с этим сделать.
— Ты ее любишь, — прошептал Крауч, удивленно глядя на него.
— Поосторожней, парень, — прорычал Сириус так, чтобы его услышал только он. — Я пес добрый, но кусаюсь больно.
— Ты мне угрожаешь? — выгнул бровь Крауч.
— Сам решай, — пожал плечами Сириус. — Так, чем я могу помочь?
— Ты можешь защитить ее? — нервно сглотнув, спросил Крауч.
— От кого, от твоих друзей-приятелей? — хмыкнул Сириус. — А не проще просто перейти в этой войне на другую сторону? Тогда ты сам сможешь ее защитить и тебе не придется отказываться от нее.
— Все не так просто…
— Все еще проще, — перебил Сириус, подавшись вперед. — У тебя стоит выбор: либо счастье с ней, пусть, возможно, не долгое, либо сомнительные цели Волан-де-Морта и, что вполне реально, ее смерть.
— Она не умрет, если ты согласишься ее защитить, — прошипел в ответ Крауч. — Это для тебя все просто…
— Знаешь, ты ее не достоин, — снова перебил Сириус, усилием воли продолжая говорить шепотом. — Тебе не кажется, что ты весьма меркантилен? Боишься умереть, верно, парень? А ты не думаешь, что твой хозяин убьет тебя, как только поймет, что ты ему бесполезен? По мне, лучше умереть рядом с тем, кого любишь, и кто любит тебя, а не как трус!
— У нас весьма разные понятия и отношения к смерти, — буркнул Крауч. — Я уже знаю, что нам не судьба быть вместе. Но я не хочу, чтобы она слишком сильно страдал, или чтобы стала жертвой Пожирателей Смерти. А потому и прошу тебя ее защитить. Она сама сказала, что после меня, доверяет больше всего тебе, Блэк.
— Она действительно так сказала? — растерянно переспросил Сириус.
Слизеринец кивнул, дожидаясь от него еще хоть какой-нибудь реакции.
— А ты присмотри за моим братом. Не хочу, чтобы он натворил слишком много глупостей, — прошептал Сириус, после чего выпрямился. — Но анимаг имеет иммунитет к этому заклинанию. Его можно превратить в животное, но он легко превратится обратно в человека… — словно продолжая разговор о трансфигурации, с жаром принялся объяснять он, успев подмигнуть Краучу, который несколько растерянно смотрел на него.
— Бродяга, не мучай бедолагу, — воскликнул Джеймс. — Ты ему и так уже надоел.
— Но, Сохатый, послушай… — обернулся к нему Сириус.
— Нет, я уже устал тебя слушать, — перебил его Джеймс. — На вот, курицу поешь! — Он подложил ему в тарелку куриную ножку.
— Вот тебе и свобода слова, — пробурчал Сириус, вгрызаясь в курицу. — Если что, присылай сову, — прошептал он, глядя себе в тарелку.
— Спасибо! — одними губами произнес Крауч.
Сириус резко сел на полу и потряс головой, словно пытаясь выбросить из головы восстановленные воспоминания. В голове все гудело, мысли хаотично метались, путались и не успевали как следует сформироваться.
— Все! — значимо и весомо произнес Снейп.
— Что все? — хрипло спросил Сириус. — Там еще года три восстанавливать.
— Во-первых, с тебя на сегодня достаточно, — фыркнул Снейп. — Ты и так ведешь себя неадекватно, не хватает только окончательно испортить твой мозг.
— А во-вторых? — нахмурился Сириус.
— Во-вторых, для восстановления дальнейших воспоминаний нужно пить зелье. При помощи легилименции их уже не восстановить, — ответил Снейп. — Зелье варится долго. Так что продолжим ближе к сентябрю.
— А почему так получилось, что одни воспоминания легче восстановить, а другие сложнее? — спросил Сириус, подняв глаза на зельевара.
— Думаю, все дело в том, что заклинание или зелье Забвения начинает ослабевать. Ну, или ты сопротивляешься, что более вероятно. А вспоминается все по порядку, — терпеливо ответил Снейп таким тоном, словно читал лекцию на уроке.
— Ты только что признал, что у меня все же есть способности…
— То, что у тебя хорошая сила воли, было понятно еще в школьные годы, — фыркнул Снейп. — Врагов нельзя недооценивать. Я же не настолько тупой, чтобы считать тебя настоящим идиотом.
— Снейп, а какого гиппогрифа ты мне вообще помогаешь? — вырвалось у Сириуса.
Зельевар растерянно замер, словно и сам не знал ответа на этот вопрос. А ведь действительно, почему он ему помогает, да еще и общается с ним так, словно они старые закадычные друзья.
— Потому что передо мной незнакомый мне человек, — наконец ответил Снейп.
