Сейчас Аранель думал об этих лепестках, позволяя образу любимого королевства заполнить его разум. Он представлял себя лотосом, свое тело – вечно меняющимися лепестками… а хитроны – реками, пастбищами и скоплением глинобитных домиков с желтыми соломенными крышами.
Аранель выдохнул и начал опустошать лотос. Первыми ушли реки, вытекая огромными шумными потоками. Затем пастбища: травинки вырывались с корнем.
Он был близок к тому, чтобы сделать проекцию. Он чувствовал это. Должен был сосредоточиться, если хотел отыскать деревни балансиров.
Первоначально Аранель планировал обратиться за помощью к Айне. Но после того как его попытка починить каменные фигурки закончилась неудачей, он не мог заставить себя просить Айну о чем-либо. А другой его товарищ по команде скорее обзовет Аранеля, чем согласится ему помочь.
«Ну же, – умолял Аранель свои хитроны. – Выходите! Вон!»
Лотос был уже почти пуст, однако от хижин ему пока не удалось избавиться. Хитроны Аранеля волновали его сознание, словно щебетали что-то неодобрительное.
«Замолчите, – приказал он им. – Убирайтесь».
Он был выжат. До последних хитронов. До последней соломенной хижины с квадратными окнами и верандой.
«Это моя хижина. На окнах висят мамины плетеные жалюзи. И любимые качели Сэма на веранде, за которые мы всегда дрались в детстве».
Как неправильно было выкорчевывать эту хижину из лотоса. В конце концов, это часть его самого. Это его дом.
«Но теперь эта хижина пуста», – напомнил себе Аранель. Его родители и брат сейчас в Парамосе. И если Аранель не даст лорду Сейрему то, что ему нужно, он никогда больше не воссоединится со своей семьей.
Его тело и душа неразрывно связаны, однако Аранель мог оборвать эту связь, если бы попытался. Он превратил свои хитроны в клинок и принялся рубить фундамент хижины. Он чувствовал, что поступает неправильно, но у него не было выбора. Он рубил до тех пор, пока глиняные стены не дали трещину.
И тут его понесло вперед, и он словно воспарил в воздухе. Юноша прижался к основанию баньянового дерева с золотым стволом на островке в центре озера Инкараза.
«Получилось!»
Аранель почувствовал, как его душа пытается вернуться в свое тело. Он сопротивлялся и заставлял себя плыть вниз по островку. Это оказались необычные ощущения – не быть привязанным к своему собственному телу. Аранель плыл сквозь камни, словно по воде.
Он почувствовал что-то твердое – часть скалы, – куда не могла проникнуть даже его душа.
Как такое возможно? Юноша не имел материальной формы. Ни одно физическое препятствие не должно было останавливать его.
И все же оно остановило. Однако это была не физическая преграда, а хитроническая, похожая на щит вокруг Инкараза. Если присмотреться, его можно было даже увидеть: под поверхностью озера простиралась невидимая пелена. Как Аранель ни старался, его душа не могла пройти сквозь нее.
Это было очень странно.
Щит вокруг Инкараза имел смысл, но для чего служил этот второй, подводный барьер? Зенира никогда не упоминала о нем раньше. И если первый щит пропускал его, то этот оставался непреклонным, как торана в Парамосе.
«Кто-то запечатал дно кратера, – неожиданно сообразил Аранель. – Скорее всего, это Зенира, ведь ни у кого другого нет достаточного мастерства, чтобы создать такой барьер. Но почему? Может, она что-то скрывает?»
Голоса наверху отвлекли Аранеля от его наблюдений. Он поплыл наверх и увидел Тарали и Айну, стоявших над его обмякшим телом.
– Он сделал это, – выдохнула Тарали. – И всего за одну луну! Похоже, Сэм не единственный в нашей семье, у кого есть талант.
– Мейзан будет в бешенстве, – произнесла Айна. – Я тренировалась с ним сегодня утром, а он даже близко не приблизился к такому результату.
Аранель с восторгом слушал этот обмен мнениями, следуя за Тарали и Айной через озеро. Они присели на берегу, и Тарали подхватила обмякшее тело Айны, когда та завершила проекцию. Аранель завороженно наблюдал за проступающими на земле знаками. Через несколько мгновений Айна вернулась в свое тело, тяжело дыша.
– Замечательно, Айна! – воскликнула Тарали. – Хотя я не имею ни малейшего представления о том, что ты пыталась написать.
Айна уже научилась дистанционному ченнелингу? Аранель вгляделся в надпись и увидел что-то похожее на букву А. И рядом с ней черточку, которая могла бы быть частью буквы Й.
«Жаль, что кейза Айны сломана. Если бы не ее непостоянство, – подумал Аранель, – ее хитронические способности могли бы даже превзойти мои».
Душа Аранеля потянулась обратно к баньяну.
«Только не сейчас…» – приказал он себе, сопротивляясь неумолимой тяге своего тела.
Аранель снова погрузился под воду и приблизился к таинственному хитроническому щиту. На этот раз он последовал вдоль него в каменный проход. Вода вокруг приобрела знакомое мерцание, и Аранель понял, что этот проход ведет к горячим источникам.
Головокружительная энергия пульсировала внутри юноши, когда он плыл по течению. Она проникала в его хитроны и сотрясала их с такой силой, что он боялся, как бы они не вырвались из его души.
