– Да, представь себе. Мы будем вместе сто лет, а может, тысячу. А теперь послушай самое главное. – Тайна наклонилась к Маше и посмотрела ей прямо в глаза. – Я не хочу чертову тысячу лет слушать, как вы с Верой грызетесь.
Повисла пауза. Отчего-то глаза Маши начали наполняться слезами.
– Да я ничего такого… Я не грызлась. Она сама.
– С ней я тоже поговорю, не беспокойся, – пообещала Тайна, отстраняясь от девочки. – На самом деле Вера хороший человек, и со временем ты это поймешь. Она бывает резкой, но не потому, что хочет кого-то обидеть. Вы с ней даже в чем-то похожи.
– В чем это? – буркнула Маша.
– Когда Вера была маленькой девочкой, собственный отец окунул ее в кипяток. Поэтому у нее все лицо в шрамах. После этого она несколько лет была слепой, а отец к тому же лупил ее, потому что считал ведьмой. Да, все было именно так, – сказала Тайна, заметив реакцию Маши. – А ты, наверное, думала, что только тебе в жизни доставалось?
– Я так не думала, – едва слышно произнесла Маша.
– Надеюсь, мы друг друга поняли, – подытожила Тайна, поднимаясь с пуфика. – Если не хочешь, чтобы я на тебя злилась, больше никакой грызни. Живем дружно.
Маша кивнула.
– Вот и хорошо. – Тайна потрепала ее по голове и направилась прочь из игровой зоны. Теперь надо было поговорить с Верой, а здесь требовался совсем другой подход.
Когда Тайна покинула ковер и ступила на дубовый паркет, Маша за ее спиной жалобно пискнула:
– Ты же меня до сих пор любишь?
– Конечно люблю, – не задумываясь ответила Тайна.
– И не думаешь, что я плохая?
– Нет. Играй со своими куклами. И пусть они не забудут взять на прогулку Веру.
Похоже, особняк Плезанс очаровал не только Машу, потому что в отведенных гостям комнатах было пусто. Фолко, скорее всего, пропадал в библиотеке, такой огромной, что это казалось почти невероятным. Тайна невольно усмехнулась, вспомнив их первую встречу перед публичной библиотекой. Тогда Фолко предстал перед будущей Черной Королевой с внушительной стопкой книг и завел разговор о фэнтези, чудовищах и параллельных мирах, которые, по его мнению, «иногда пересекались».
Если с Фолко все более-менее ясно, то Вера сейчас могла быть где угодно – в оранжерее, где росли говорящие цветы, в обсерватории, вздымавшейся над крышей изящным стеклянным куполом, похожим на мыльный пузырь, на кухне и еще в десятке других мест. Здесь все было пропитано магией, а значит, вызывало у Веры живой интерес.
Тайна решила начать с обсерватории. Пройдя нужным коридором и поднявшись по винтовой лестнице, она очутилась на вершине башни, увенчанной невесомым на вид прозрачным куполом.
В центре комнаты было круглое возвышение, похожее на открытую со всех сторон эстраду, а на нем расположилась хитрая конструкция, сверкающая отполированной медью. Зубчатые колеса разных размеров, пружины и противовесы позволяли с легкостью менять положение огромного телескопа, устремленного в небо, наклонять его под любым градусом и даже вращать по кругу. Управлялась эта система дюжиной рычагов, расположенных с двух сторон удобного кожаного кресла, являвшегося частью конструкции. Если Тайна с трудом представляла Плезанс, играющую в куклы, то легко могла себе вообразить, как она проводит долгие ночи в этом кресле, наблюдая за кометами, спутниками или что там еще интересного можно высмотреть на ночном небосводе. Сейчас же в кресле сидела Вера, прильнув одним глазом к медному окуляру.
Тайна поднялась по трем ступенькам, ведущим на возвышение, переступила через рельс, скользя по которому телескоп мог вращаться по кругу, и остановилась возле подруги.
– Сейчас же день, звезд не видно.
– Сядь и загляни сама, – сказала Вера, отрываясь от окуляра. – Ты удивишься.
Тайна опустилась в кресло и прильнула одним глазом к выпуклой линзе, забранной в медное кольцо. По ту сторону телескопа колыхалась и мерцала бездонная чернота космоса.
И все это пространство было населено странными существами: вот по сверкающему крошеву звезд прополз скорпион, покачивая внушительным жалом, а вот проскакал горный козел, из-под копыт которого фонтаном летели искры. Надо всем этим покачивались на трапеции двое близнецов в легких развевающихся туниках. То и дело темноту прошивали метеоры и кометы с длинными пылающими хвостами, и у каждой было смеющееся женское лицо.
– Это что? – спросила Тайна.
– Созвездия, – отозвалась Вера.
– Я думала, созвездия – это просто картинки. А тут по небу ползают живые скорпионы и раки.
– Это же Терра Инкогнита.
Казалось, перед Тайной ожила старинная карта звездного неба, составленная в ту эпоху, когда Земля была плоским диском, возлежащим на черепахе и трех китах. Смотреть на это можно было бесконечно, однако она пришла в обсерваторию не для того.
Отодвинувшись от окуляра, Тайна поднялась с кресла:
– Тебе нравится Терра Инкогнита?
– Сложно сказать, – пожала плечами Вера. – Я всегда думала, что по своей природе магия логична. Но в этом измерении совсем нет логики, хотя магия – повсюду. Это немного сбивает с толку.
Тайна кивнула.
