Эллиот повернул направо, совершил плавный вираж, пригнулся, и они стремительно понеслись назад, в Край Омел, навстречу заходящему солнцу. Прочь от зелёного дуба, прочь от каменного великана.
– А что это там? – спросил Седрик и показал на мерцающее пятно, которое поднялось в небо далеко впереди и, странно покачиваясь, летело им навстречу.
Мерцающее пятно стало уже величиной с белку и превратилось в непонятное существо из красновато-жёлтого металла, позеленевшего в некоторых местах, с колючим хвостом, острыми ушами и крысиной мордой. Оно летело навстречу ребятам в вечернем свете, взмахивая перепончатыми, как у летучей мыши, крыльями. При виде двух друзей оно завихляло ещё сильнее и показало когтистой лапкой на Седрика:
– Совет хотеть тебя видеть, чужеземец. – Голос этого существа напоминал скрип ржавых железных шарниров.
Эллиот завис перед ним в воздухе.
– Это оно про меня? – спросил Седрик и невольно спрятался за спину Эллиота.
Эмили, волнуясь, летала вокруг них.
Существо оскалилось, обнажив ровный ряд тонких, как иголки, металлических зубов:
– Совет требовать тебя позвать! Немедленно!
– Это гаргулья, – вполголоса пояснил Эллиот. – Тупая и довольно неприятная. Дай ей понять, что ты не собираешься уклониться. Совет всегда посылает её с поручениями.
– Зачем мне являться в Совет? – испуганно прошептал Седрик.
Гаргулья махнула в воздухе лапой:
– Совет хотеть тебя видеть. Разве этого не достаточно? Он не хотеть идти? Разве Совет не ждать?
– Уф, вот привязалась. – Эллиот выпрямился и рявкнул в ответ: – Спокойно, консервная банка, мы уже летим! – И вполголоса обратился к Седрику. – Знаешь, что странно? Что Совет захотел увидеть тебя именно теперь, когда наша мать в Лондоне.
– А если я просто не пойду? – спросил Седрик. В нём зашевелился страх.
Гаргулья вертикально повисла в воздухе и замахала крыльями:
– Он не приходить, он не приходить? – Капли водянистой слизи полетели во все стороны.
– Но зачем меня вызывают в Совет? Разве я что-то сделал неправильно?
– Это не имеет значения. Дело в этой гаргулье. Они могут быть опасными. Подлые мелкие крысы-кобольды. Если мы сейчас попробуем смыться, она нападёт на нас, – мрачно ответил Эллиот. – Я понимаю, почему мама никогда её не посылает. Но если Совет хочет тебя видеть, ты должен пойти. Не бойся, мы пойдём с тобой!
– Он приходить один! Только он один! – Гаргулья взволнованно захлопала крыльями, в которых преломлялся свет закатного солнца.
– И не мечтай об этом, жестяная крыса. Мы будем с ним рядом! Теперь проваливай и передай Совету, что мы летим.
Красно-жёлтое металлическое существо затрещало и зашипело.
– Это нравиться Совету! Это нравиться Совету! – Чудовище захихикало, и к хриплому скрипу добавился пронзительный писк.
– Вали отсюда, ржавая жестянка!
– Это нравиться Совету! – Гаргулья развернулась с хриплым смехом и, виляя, полетела в сторону города.
Эллиот прибавил скорость, чтобы лететь за гаргульей, и крикнул через плечо Седрику:
– Вот только я не понимаю, зачем они послали гаргулью. Как будто ты какой-то ужасный ночной злодей.
Седрику даже не хотелось уточнять, что имел в виду Эллиот.
– Вот если бы здесь была мама… – посетовала Эмили после их приземления возле ратуши.
– Не хнычь, пошли! – перебил её Эллиот, отряхивая снег с пальто. Как только солнце спряталось за горами, снова пошёл снег. Сначала слабый, потом всё сильнее.
– Что такое Совет? – уныло поинтересовался Седрик.
– Совет Края Омел – это наше правительство, – задумчиво ответила Эмили. – Члены Совета решают все важные вопросы нашего городка.
Ратуша находилась на Рыночной площади, в самом высоком здании из серого песчаника, похожем на готический собор с высокими стрельчатыми окнами из зелёного стекла. Только башни ратуши были меньше размером, и их было несколько. Стены и эркеры украшали многочисленные каменные фигурки. Гаргульи из позеленевшей меди на боковых эркерах походили на существо, прилетевшее за ребятами.
Седрик вздрогнул, заметив, что одна из гаргулий повернула голову и посмотрела на него.
– Вы пойдёте со мной в ратушу? – с беспокойством спросил он.
– Ясное дело, – кивнул Эллиот.
Эмили смотрела на портал, словно пыталась понять, что ждёт их в ратуше.
– Мы не оставим тебя одного. Интересно, что там затеял Аластер. Я уверена, что это его интриги.
Седрик вздохнул с облегчением. За эти несколько дней эти ребята стали для него настоящими друзьями.
– Спасибо вам, – сказал он и, чуть помолчав, добавил: – Мне немного страшно.
– Да что там может случиться! – Эмили улыбнулась, ободряя его.
Ворота открылись, и на площадь вышел мужчина с длинными золотистыми волосами, забранными в конский хвост, и резкими чертами лица. На нём было тёмно-синее, наглухо застёгнутое пальто, расшитое золотыми нитками. В его светло-карих глазах читалось недовольство, а на узких губах играла ледяная улыбка. Словно подслушав разговор ребят, он объявил непререкаемым высокомерным тоном:
– Эллиот, Эмили – вы останетесь снаружи!
