Он оглядел деревню внимательнее. Название «Тихий Приют» всплыло в голове, как и «Разлом», — будто игра сама подсказывала ему термины. Площадь впереди была пуста, только статуя какого-то воина с отломанной рукой торчала посреди бурьяна. За ней виднелась фигура — старик в сером плаще, сидящий на скамье. Артем прищурился. Задание говорило про Старца Вейна — похоже, это он.
— Ну что ж, — пробормотал он, поправляя рубаху. — Пойдем знакомиться.
Он шагнул вперед, чувствуя, как трава хрустит под ботинками. Треск разломов усилился, и где-то вдалеке послышался низкий вой — не то ветер, не то что-то живое. Артем невольно сжал кулак, проверяя, на месте ли «Искра». Что бы ни ждало его впереди, он был готов разбираться. По крайней мере, пока.
Артем шел к площади, стараясь не оглядываться на каждый шорох. Треск разломов то затихал, то нарастал, как помехи в старом радио, и это действовало на нервы. Деревня казалась мертвой — ни птиц, ни ветра, только багровое небо давило сверху. Он поймал себя на том, что сжимает кулак, будто «Искра» могла его защитить от всего. «Спокойно, это просто игра, — повторял он про себя. — Просто очень странная игра».
Старец сидел на скамье у статуи, неподвижный, как часть пейзажа. Его серый плащ сливался с камнем, а посох, на который он опирался, выглядел так, будто его вырезали из корня дерева. Артем подошел ближе и остановился в паре метров. Старик не шевельнулся, глядя куда-то в пустоту мутными глазами. Лицо его было морщинистым, как пересохшая земля, но в нем читалась странная сила — или безумие.
— Эй, — Артем кашлянул, чтобы привлечь внимание. — Ты Старец Вейн?
Голова старика медленно повернулась. Взгляд прошел сквозь Артема, как луч фонаря через туман. На секунду показалось, что он вообще не видит его.
— Ты пришел, — сказал Старец. Голос был хриплым, с присвистом, как ветер в щелях. — Я ждал. Всегда жду.
Артем нахмурился. Ответ звучал как заготовленная реплика NPC, но что-то в интонации цепляло — слишком живая, слишком усталая.
— Меня зовут Артем, — сказал он, решив попробовать общаться по-человечески. — Я… попал сюда случайно. Мне сказали найти тебя. Как выйти из игры?
Старец усмехнулся, обнажив желтые зубы. Улыбка вышла кривой, почти зловещей.
— Выйти? — переспросил он. — А ты уверен, что вошел?
— Что? — Артем шагнул ближе. — Слушай, я не в настроении для загадок. Просто скажи, где кнопка выхода или что тут надо сделать.
Старик замолчал, глядя на багровое небо. Потом протянул руку — худую, с узловатыми пальцами. В ладони лежал ржавый амулет: круглый, с вырезанным символом, похожим на трещину. Металл выглядел старым, но от него исходила слабая вибрация, как от включенного гаджета.
— Иди в Глубины, — сказал Старец, кивая на статую. — Там ответы. Или вопросы. Ключ твой.
Артем взял амулет. Пальцы кольнуло холодом, а интерфейс мигнул:
Он посмотрел на статую. Под ней виднелся люк, заросший травой и почти незаметный в тени. Простая логика игр подсказывала: это вход в подземелье. Первый данж. Артем сжал амулет, чувствуя, как внутри нарастает смесь азарта и тревоги.
— Глубины Приюта, значит, — пробормотал он. — А что там?
Старец не ответил. Он отвернулся, снова уставившись в пустоту, будто Артема и не было. Тишина вернулась, только треск разломов звучал громче, а вой вдалеке стал отчетливее. Артем заметил движение в тени одного из домов — быстрое, как мелькнувший силуэт. Он резко повернулся, но там было пусто.
— Отлично, — сказал он, сарказм помогал держать себя в руках. — Пойдем искать приключения.
Он подошел к люку, отбросил траву и потянул крышку. Та скрипнула, открывая черный провал. Оттуда пахнуло сыростью и чем-то металлическим, как от старых проводов. Артем глянул на Старца — тот не шевельнулся, — потом на амулет в руке. Вздохнул и шагнул к краю.
«Если это игра, — подумал он, — то я разберусь. А если нет… ну, тогда разберусь тем более».
Артем смотрел в черноту люка, сжимая амулет в руке. Из глубины тянуло холодом, и запах сырости смешивался с чем-то резким, почти электрическим. Он бросил последний взгляд на Старца Вейна — старик сидел неподвижно, как статуя, игнорируя его существование. Треск разломов за спиной нарастал, а вой вдалеке звучал ближе, чем минуту назад. Ждать смысла не было.
— Ладно, — пробормотал он. — Первый уровень, первый данж. Классика.
Он присел, ухватился за край люка и спрыгнул. Ноги ударились о камень быстрее, чем он ожидал — падение было всего метра три. Артем приземлился неловко, чуть не подвернув лодыжку, и выругался под нос. Темнота обступила его, но глаза быстро привыкли: слабое голубое сияние шло от стен, покрытых тонкими трещинами, из которых вырывались те же искры, что и в разломе наверху.