— Выходи, не бойся! Будет больно, но недолго!
Прятаться больше не было смысла. Айра вышла на открытое пространство.
— Честно биться будем или как обычно? — уточнила она.
Он широко осклабился.
— А ты мне нравишься! С тобой весело! Даже жаль убивать!
— Ну, тогда будем друзьями! Станем чаще в догонялки играть!
Айра заметила, что он избегает смотреть ей в глаза. Опасается! Не вступает в открытый бой, тянет время, ожидая помощи своего товарища. Надо придумать, как покончить с ним, пока не подоспел второй.
Она не успела ничего сделать — сверху с грохотом посыпались крупные камни, накрывая черного мага. Его ноги несколько раз дернулись под образовавшейся кучей и затихли.
Еще один, подоспевший сзади, издал протяжный стон и упал.
Айра обернулась — и ее бросило в жар. Перед ней стоял Герион, с его меча капала черная кровь пронзенного им мага.
Он выглядел усталым и словно стал старше.
— Я же просил тебя больше не попадаться мне! — он говорил глухо, его голос словно не принадлежал ему. И он лгал, потому что их встреча не могла произойти случайно. Он искал ее.
— Я не давала такого обещания! — напомнила Айра.
Он сделал к ней шаг, но Айра выставила перед собой руку, словно защищаясь от него, и Герион остановился. Он почувствовал, как внутри него поднимается злоба. Он вспомнил лицо матери и как она, сделав такой же жест, сказала, что у нее больше нет сына. Он сделал еще один шаг.
— Прошу тебя, не подходи!
— А что тогда? Ты убьешь меня? — усмехнулся он.
— Ты же знаешь, что нет! — ее голос прозвучал неожиданно мягко, она опустила руку, и вся его злость мгновенно схлынула.
Он швырнул меч в снег и подошел к ней.
— Герион, я не могу! — сказала она, понимая, что еще чуть-чуть и больше будет не в силах сопротивляться.
Он снял перчатки, дотронулся до ее лица.
— Даже если у тебя кто-то есть… Даже если… Мы не знаем, что ждет нас завтра и будет ли оно у нас. Есть только сейчас. И я хочу, чтобы минуты, подаренные нам судьбой, остались лишь нашими. Я хочу, чтобы у нас остались воспоминания.
Он снова целовал ее, и она отвечала. Она обняла его за шею, прижимая к себе. Их горячее дыхание сливалось в одно клубящееся облачко. Она больше ни о чем не жалела.
— Дай мне еще минуту посмотреть на тебя! — Герион гладил ее по волосам, провел пальцами по порозовевшей на морозе щеке. Затем отстранился, вдруг снова став чужим и холодным.
— Я должен идти!
— Не возвращайся к ним! Прошу тебя!
— Ты просишь о невозможном!
— Нет ничего невозможного! Герион, не совершай ошибки!
— Ошибку я совершил давно и буду расплачиваться до конца своих дней. Но со мной или без меня, война все равно будет. Мы ничего не можем изменить!
— Неправда! Мы уже меняем!
Он посмотрел на нее.
— Тогда скажи, что мне делать с этим? — он раскрыл ладонь и полосонул по ней ножом, сжал кулак и поднял вверх. По запястью в рукав потекла вязкая черная кровь.
Он отвернулся. Айра молчала. Кровь из раны стекала по пальцам, оскверняя черными кляксами девственно чистый снег. Гериону было больно. Ответа не последовало.
Он быстро зашагал прочь от нее. Услышь он еще хотя бы одно слово, он бросил бы все, но слов больше не было. Он хотел уйти, не оглядываясь, но неожиданно для себя остановился и вслушался в страшную звенящую тишину. А может ее здесь и не было? Может она всего лишь плод его уставшего разума, выдавшего желаемое за действительное? А может сон, морок, вселяющий ложные надежды? Он обернулся — Айра стояла на коленях, склонив голову. За ее спиной проявился черный силуэт Королевы. Она вытащила окрашенный алым кинжал, и Айра сложилась, как карточный домик.
— А я все думала, кто может быть тем предателем, который помог ей бежать?
Герион пожалел, что так опрометчиво, забыв об осторожности, бросил меч, шансов поднять его уже не было.
— Надеюсь, мне удалось тебя удивить, любимая?! — ответил он, медленно приближаясь к ней.
— У тебя всегда получалось развлечь меня! — улыбаясь, сказала Королева. — А знаешь, — подумав, продолжила она, — я, пожалуй, дам тебе шанс сделать это еще раз. — Она протянула ему кинжал. — Я прощу тебя, если ты убьешь ее! Мы ведь так и не заключили наш союз, теперь ты можешь закончить обряд.
Как просто: взять кинжал и вонзить в еще бьющееся сердце, чтобы оно замолчало навсегда. Тебе ведь не впервой! Жизнь одного человека в обмен на твою. Разве она не стоит того? Убей и о твоей минутной слабости забудут. Ты вновь обретешь силу и могущество, которых чуть было ни лишился, и уже никогда больше их не упустишь. Возьми и сделай! Здесь нет места чувствам! Они бесполезный хлам, мешающий холодному разуму!
Ей нравилось смотреть на его колебания, ощущать его внутренню борьбу, зная, что победит в нем в конечном итоге.
Герион склонился перед Королевой, принимая кинжал. Все правильно, так и должно быть! Тебе никогда не изменить свою природу. Не противься ей! Впусти тьму в сою душу, откройся, и она отблагодарит тебя дарами! И он принял смертоносный дар. Еще секунда и Королева ощутила его холод у своей шеи. Герион стоял сзади, крепко сжимая ее.
