— Мы движемся в сторону лагеря черных магов. Об этом, думаю, вы все уже догадались. Все из вас присутствовали на встрече и слышали их условие о мире. И, как вы понимаете, о выполнении их требований речи идти не может. В связи с этим наша задача заключается в том, чтобы подойти к их лагерю и собрать как можно больше информации об их планах. Никаких прямых контактов с черными магами быть не должно. Действовать следует предельно осторожно и…
— Простите, Агирос нел тон Дернак, — перебил один из магов, — но не думаю, чтобы черные маги подпустили нас на такое расстояние, с которого безопасно что-либо выяснить. Их охрана рассредоточена вокруг лагеря на десятки или даже сотни метров. Мы попадем к ним, не успев даже ничего сделать.
— Вы должны быть готовы ко всему, для этого вас обучали! — почти заорал Агирос нел тон Дернак. — Если бы мы все рассуждали так, не шли вперед, не использовали свои способности на грани возможного, не жертвовали своими жизнями ради общего дела, мы не выжили бы, нас бы давно уничтожили. Только благодаря тем, кто сражался до последней капли крови, еще существует наше братство! Вам ясно?
«А глупость и безрассудство, духи вас подери, — тоже следование общему делу?» — подумал маг, но вслух ничего не сказал.
— Утром мы подойдем к лагерю, — произнес Агирос нел тон Дернак, и они снова двинулись вперед.
Медленно светало — из плотно-черного в темно-серое, затем просто в серое беспросветное небо. Повалил густой снег, ничего не стало видно. Магией уже пользоваться нельзя — заметят. Остановились.
— Нерис, Айра, — обратился Агирос, и его голос неожиданно громко прозвучал в полном безмолвии падающего снега, — вы двое идете вперед. Остальные будут ждать вашего возвращения вон там, — он указал на укрытые снегом камни, видневшиеся метрах в пятидесяти от места, где они находились, серые, сколотые, унылые, как и весь окружавший пейзаж. — Близко не подходите, постарайтесь обнаружить, где могут стоять стражи, и сразу возвращайтесь.
Нерис — маг высшей категории, хоть и молодой, но очень опытный, видавший сражения и не раз принимавший в них участие, и как говорили о нем, совершенно непроницаемый. Что было в мыслях этого человека, что он чувствовал, если вообще что-то чувствовал, оставалось загадкой. Со всеми он держался одинаково вежливо и одинаково на расстоянии.
— Волнуешься? — улыбнувшись, спросил Нерис. — Ты в первый раз на задании?
— Да, я не участвовала в сражениях.
Странно, что он спрашивал, ведь если Айру взяли в разведывательную группу, о ней должны были знать все. Или это простая попытка поддержать разговор?
— Ну, будем надеяться, что и сегодня до боевого крещения не дойдет!
Они не выходили на открытое пространство, перебираясь от одного укрытия к другому, и сейчас стояли за огромным раскидистым деревом, полностью скрывавшим обоих.
— Ты был в этих местах? — практически беззвучно спросила Айра, хотя ответ ей не требовался, Нерис отлично ориентировался на местности, и было очевидно, что здесь он не впервые.
— Это было давно, в другой жизни. Видишь кого-нибудь?
— Нет, не вижу. А ты?
— Нет. Тогда идем дальше.
Продвинулись немного еще. Дальше стало сложнее: местность была пустынней, меньше деревьев — меньше возможностей остаться незамеченными.
— Думаю, скоро мы увидим стражей, — предупредил Нерис, но он ошибся, снова никого, лишь гнетущее беззвучие. — Не понимаю, они должны быть где-то здесь, — сказал он ей на ухо, но выражение его лица по-прежнему не изменилось. — Надо немного подождать.
Снова стоят под деревом, падают снежинки, большие, идеальные в своей красоте, разбиваясь о землю, проживая во время полета свою короткую жизнь. А сверху уже летят другие. И этот миг уже никогда не повторится. И мысли где-то далеко, не здесь.
— Доброе утро! — прошептал мягкий женский голос, и Нерис ощутил на лице прикосновение нежной женской руки.
— Доброе! — улыбнулся он и немного вылез из-под одеяла.
— Пора вставать!
— Не хочу!
— Ты всегда такой забавный по утрам! — она запустила пальцы в его светлые волосы и взъерошила их еще больше.
— Ну, хватит, прекрати! — он схватил ее и прижал к себе. Она попыталась вырваться, но не получилось.
— Отпусти!
— Нет! — он повернул ее к себе лицом. — Я тебя никогда не отпущу! Теперь ты моя жена!
— Только никто об этом еще не знает! — в ее глазах плясали огоньки.
— Я знаю, ты знаешь, этого достаточно!
Она поцеловала его.
— Ну, правда, пора вставать! Поднимайся! Нас ждут!
Он неохотно встал и начал одеваться.
— Здесь надо жить одним днем. Большее мы позволить себе не можем.
— У нас будет еще много дней.
— Просто знай, Милар, что я люблю тебя. Постоянно только это.
