Пробуждение Нави полностью

– Разве люди заслуживают спасения? Вспомни, какие ужасные вещи они совершают. Мы, невесты Зверя, только заставляем их поверить в безнаказанность, а все остальное они делают по своей воле. Родители Варны бросили ее в лесу, и в этом не были замешаны ведьмы. Разве они заслуживали жизни?

Он медленно покачал головой.

Не заслуживали, конечно, не заслуживали. И ведь таких людей множество – тех, кто ради собственной сытой жизни избавляется от лишнего рта. А сколько других? Заслуживали ли жизни людоеды, которых они с Марьей повстречали на охоте? И ведь никто не наказал бы их, не окажись он рядом.

– Ты не тронешь Марью?

– Нет, – пообещала ведьма. – С ней будут хорошо обращаться до тех пор, пока ты не получишь силу. Потом я отпущу ее, и ты сам решишь судьбу девочки.

– А если я откажусь?

Рослава подняла голову и посмотрела ему в глаза.

– Мы убьем всех, кого ты любишь, и отдадим силу Злату. Привычный тебе мир утонет в крови, потому что его жажда мщения необъятна. Он ненавидит людей, ненавидит тебя, всех, кому выпала милость жить, пока он мучился в Нави. Злат зол и глуп, его правление будет кровавым и ужасающим.

– Ты рассказала мне, где его искать, чтобы…

– Чтобы у нас был еще один человек, который может сорвать цветок. Ради силы он убьет и тебя, Святослав, совершит ужасный грех братоубийства и окончательно лишится рассудка.

– Теперь я понимаю, – медленно сказал Свят.

– Прикажи Светозарным оттеснить Мрачный Взвод от стада, – прошептала Рослава. – Воля Хозяина должна свершиться, иначе все мы погибнем.

– Как ты заставила их подчиниться?

– Иконы, Святослав. Проклятые иконы. – Ведьма отстранилась от него.

– И людей в безымянных землях свела с ума тоже ты…

– Да. Их влияние на человека непредсказуемо, но ни к чему хорошему, как правило, оно не приводит. Нам нужно безумие, Святослав, чтобы люди искренне поверили в то, что им нужна защита Святого Полка. Я устроила Навий день, чтобы Светозарные получили неограниченную власть и подарили Зверю столько душ, сколько ему нужно.

– Я прикажу им. – Свят встал. – И сорву твой проклятый цветок. Но ты оставишь в живых всех, кто мне дорог.

– Как прикажешь, глава. – Рослава смиренно кивнула. – Как прикажешь.

Едва завидев ворота, сложенные из костей, он попятился и налетел на Луку. Тот взял его за плечи и отодвинул в сторону, чтобы пройти. Ничего не боится, вы посмотрите на него!

Марена окинула их взглядом и спросила:

– Не передумали, молодцы?

– Нет, – твердо ответил Всеволод.

Владлен такой уверенности не испытывал. Страшная рожа на месте замка скалила зубы, в которых была зажата человеческая рука. И куда их занесло? Твердил он Луке, что нужно отступиться, но нет, куда там! Пойдем, слово держать надо! Вот и пришли, вернее, приплыли!

– Царевич в крепости моей, – произнесла Марена, – спит в гробу хрустальном. Коль найдете его, разбудите и попробуйте увести, да только нельзя вам будет ни оборачиваться, ни сражаться.

– Как это «не оборачиваться»? – спросил Владлен. – А ежели услышим что-то?

– Обернешься – я отберу у мальчишки что-то, без чего ему трудно в жизни придется. – Марена толкнула ворота, и они отворились. – Идите, смельчаки, попробуйте спуститься в Навь и вернуться обратно.

– Попробуйте, ага, – проворчал Владлен, проходя мимо нее, – еще как попробуем и вернемся, слышишь, окаянная?

Женщина его улыбкой одарила… и тут же шею петуху свернула! Владлен вздрогнул, попятился, а Марена знай себе улыбается.

– Привела же нас нелегкая, – он едва не перекрестился, – чтоб я еще когда-нибудь кому-то помогать взялся…

Царство Марены встретило их пустотой и безмолвием. Под ногами сырая земля чавкала, солнца не было в сером небе, только темное марево облаков. Всеволод первым шел, путь им прокладывал, а Владлен в хвосте плелся, головой вертел, все вокруг рассматривал.

Так это и есть, выходит, Навь? Не так уж и страшно! Пустовато, мрачно, но совсем не так, как люди бают. Думалось ему, что здесь на каждом шагу твари неведомые встречаются, а на деле оказалось болото болотом, эка невидаль.

Долго шли они, но ни голода, ни жажды не чувствовали. Впереди гора показалась высокая, черная, а на ней дворец стоял, да не простой, не из сруба сложенный, не из камней, а будто из железа!

– Это и есть дом ее? – спросил Владлен, нагнав Луку.

– Откуда мне знать? Хорошо бы.

Они перешли вброд холодную реку, пересекли луг, заросший сорными травами, и подошли к дверям дворца. Владлен хотел было постучать, но створки сами отворились, пропуская их внутрь.

И увидели они красоту неописуемую: цвели в зале деревья, пели птицы, из стен вода текла, наполняла небольшие озера, вокруг которых узкая тропка была проложена.

Всеволод смело ступил на тропу и пошел вперед, Лука – за ним, а Владлен все в дверях топтался, недоверчиво сад рассматривал.

– Ты идешь? – позвал его Лука.

– Иду, иду, – нехотя откликнулся Владлен. – Больно уж тут красиво, а?

– Потом красотами любоваться будешь, – одернул его спутник. – Нам царевича спасти нужно.