А на восьмой грани был нанесен символ перемещения в пространстве: стрела, пронзающая спираль. Я задумался: явно этот знак имелся на кольце не в виде украшения. А что, если кольцо – артефакт, позволяющий телепортироваться? Я похолодел, представив, что было бы, если я повернул обод еще на одну грань? Я мог бы очутиться где угодно, например, в ледяном космосе. Самое досадное, что к кольцу не прилагается инструкция, усмехнулся я, и не у кого спросить, как им пользоваться, потому что никто из Стражей об этом кольце даже не слышал, впрочем, так же, как и о найденном мною в подводном Пантеоне Жезле.
Надев кольцо на палец, я лег спать. Вглядываясь в глубину темно-синего сапфира, я послал ему просьбу показать во сне прошлое из жизни Гипербореи и давно жившего Аркона Глебоора или Глеба, как звали его воины – «Двенадцатого Семаргла», теперь я знал, кем был Глеб гиперборейский. Кольцо не подвело, но оказался я не в Гиперборее, а в Перу.
Я стоял на верхней площадке, покрытой свежей зеленой травой, уступами спускающейся вниз. Справа от меня вниз уходила крутая каменная лестница, спереди располагалась площадь, застроенная каменными сооружениями непонятного назначения, а за ними возвышался громадный горный пик в виде трехгранного клыка. С одной стороны к нему примыкала гряда, с другой – каменный клык поменьше. Что-то знакомое было в их очертаниях. Я поднапряг память и вспомнил: Мучу Пикчу! Значит я в Перу! Подойдя к лестнице, я увидел, что по ней поднимаются двое мужчин. Один, в черном кожаном одеянии, был Глебоором, арканом воинов Гипербореи, но что он делает здесь? Второй, в длинном замшевом рыжем плаще, в коричневых брюках и рубахе, расшитой разноцветными узорами, с большой золотой бляхой на груди, походил на жреца. На голове у него был громоздкий убор из золота необычной формы и с множеством деталей. Когда они проходили мимо меня, поднимаясь к храму, я увидел, что Глебоор несет за ручку продолговатый футляр из серебристого металла. Футляр, длиной с полметра и шириной в половину длины, был сплошь покрыт то ли рисунком, то ли символами.
– Интересно бы взглянуть, что в этом футляре. – Подумал я.
– Похоже, они несут в нем какую-то вещь, чтобы ее здесь спрятать.- Сделал я вывод.
На этом видение закончилось.
Утром я терялся в догадках, как Мачу Пикчу связан с Гипербореей. Из интернета я узнал, что комплекс был создан лет шестьсот назад, а катастрофа в Гиперборее случилась двенадцать тысяч лет тому назад. Единственный вывод, который я сделал, что Мачу-Пикчу гораздо древнее, чем считают археологи. Возможно, главный Инка только перестроил его, подогнав под свои нужды.
Решив, все вопросы отложить на будущее, я на полчаса предался медитации, чтобы привести свой взбудораженный загадками ум в норму. На завтрак пришел успокоенным: мои эмоции подчинялись мне, как и мое тело. Три года тренировок: физических и психических, не прошли даром.
После майских праздников начались самостоятельные «полеты» на тренажерах – инструкторы наблюдали за нашими действиями из «командного пункта», который в виде куба из полированного алюминия стоял в торце ангара между двух рядов паукообразных тренажеров. В тренажере было три места: два занимали пилоты и одно – навигатор. До этого момента нас то и дело тасовали, но сейчас сформировали постоянные команды. Я оказался в группе Захария вторым пилотом, третьим членом был Иван Русаков. Остальные определились так: Эрик, Свотозар, Даниил; Буслан, Богдан, Кирилл и Роман, Виктор и Матвей. Кроме занятий на тренажере каждый из нас занимался по второй специальности, для некоторых «вторая» как раз была основной. Например, Виктор был врачом, Роман – компьютерщиком, Матвей – инженером по электронике и оптике.
У Романа было два увлечения: компьютеры и миниботы. Он смоделировал и распечатал на скартпринтере несколько змеедраконов. Начинил их электроникой и запрограммировал. Теперь у каждого из нашей группы предплечье, наподобие браслета, обвивал двумя витками миниатюрный серебристый ящер. Начальство хмыкало, но не запрещало: не так-то много у нас было развлечений – тренировки, занятия, причем большую часть времени мы проводили на подземной базе. Драконо-ящеры шустро бегали на восьми лапах даже по стенам, подошвы у них были с вакуумными присосками, «прилепающими» к любой поверхности. Они по команде расплетали кольца на руке и устраивались на плече, мигая как настоящие своими фасеточными фиолетовыми глазами. Их можно было использовать как рацию, видеокамеру, электронную новостную «газету» или шпиона. Ну, насчет шпиона, это я так, к слову, друг за другом шпионить мы не собирались, а за начальством, тем более. В общем, во всех отношениях полезная «ящерица». Я попросил Романа сделать «браслет» для Галины – хотел подарить ей на окончание школы. Роман постарался: дракончик вышел очень симпатичным с золотистой чешуей и узким изящным телом, обвивающимся вокруг руки три раза.
