Фианна была достаточно замкнутой особой, неразговорчивой, каждое слово из нее приходилось вытягивать чуть ли не силой. Не без труда Регина узнала, что Фианну растил один отец, потому что мать бесследно пропала. Он был потомственным друидом, но даже древняя магия закрытой общины не помогла ему отыскать любимую. Тогда он самовольно отрекся от клана и вступил в ряды гончих Трибунала, где с той поры и пропадает в бесплодных поисках жены.
Анхелика была самой веселой и жизнерадостной из всех, заряжая своей энергией, словно батарейка. Ее младшая сестра, Эслинн, напротив, была скромной и предпочитала не выделяться, хотя это казалось невозможным: что старшая сестра, что младшая – обе были красивы. Зато с колдовством у обеих сестер не слишком-то клеилось: Анхелика была слаба в чарах, а сестра была никудышной травницей – из ее рук Регина не приняла бы ни одного пузырька с зельем.
Евгения и Наталка – нечистокровные ведьмы и даже не родились в Ирландии, но прибыли из разных концов мира ради одной цели: обучиться колдовскому мастерству и стать частью общины.
Столько удивительных судеб, столько историй… Многие из них были схожи: брошенные, беззащитные, не сознающие своего могущества, ведьмы нуждались в опеке и заботе. В своей разлуке с родным человеком Регина точно не была одинока и даже могла утешиться мыслью, что ее мать хотя бы жива и здравствует, пусть и не помнит о существовании дочери.
Ну а Кэсс… Просто была Кэсс, такой, какой Регина увидела ее в свою первую ночь в Кайллех-Хилле: все так же подрывала основы общинного быта и язвила всем напропалую. Пока все больше воспитанниц проникалось к Регине теплотой и интересом, без оглядок на ошибки Гвендолин, Кэссиди отталкивала их, насколько хватало сил, и даже не пыталась снизить градус неприязни. Несмотря на ее вызывающее поведение, Регина старалась угодить всем, сближаясь с другими ведьмами и продолжая дружить с соседкой по комнате. Но долго ли она сможет сидеть на двух стульях сразу?
Пусть занятия не длились до глубокого вечера, свободного времени у ведьм почти не оставалось, чтобы тратить его на сплетни. Ковен не только предоставлял свою опеку, но и требовал взамен выполнение некоторых обязанностей. Так, каждой ведьме, в соответствии с ее талантами и умениями, поручали вести хозяйство или ремесло: к примеру, Имоджин играла на флейте и сопровождала чарующей мелодией многие празднества; Эвелин рисовала картины, и часть из тех, что Регина видела в коридорах, вышла из-под ее кисти; Кэсс заведовала библиотекой и отвечала головой за каждую книгу; Наталка следила за скотом, дающим ковену молоко и мясо; Фианна же шила одежду, ту самую, что висела в шкафу Регины и других девушек, и так красиво садилась по фигуре. У каждой ведьмы имелось свое призвание. Зная о расположенности Регины к травам, Керидвена поручила ей заниматься их садом в теплое время и тепличной оранжереей – в холодное, поэтому любую свободную минуту Регина копалась в земле и общалась с растениями, столь необходимыми для колдовских практик. К ночи под ногтями ее скапливалась толща грязи, отмыть которую стоило больших трудов.
Одним пасмурным ноябрьским воскресеньем Регина, покончив с ежедневными обязанностями, прогуливалась в замковых окрестностях, кутаясь в шерстяной кейп. Изо рта на стылый воздух вырывался пар. В окружающем безмолвии ощущалась уверенная поступь приближающейся зимы.
Ноги успели довести ее до реки, еще не успевшей покрыться корочкой льда, когда в небе промелькнула чья-то тень.
С громким карканьем ей на плечо опустился ворон Кэссиди. Острые когти его вцепились в шерсть кейпа, но даже сквозь него Регина почувствовала колющую боль.
– Здравствуй, По! А где же твоя непутевая хозяйка?
Ворон неоднозначно заклекотал, после чего отцепился от нее и уселся на крупный прибрежный валун.
– Ка-р-р!
Ворон хлопал крыльями, скакал на месте, а затем и вовсе перелетел за берег и уселся на ветвь молодого, оголившегося к зиме боярышника. Он продолжал оглашать подлесок громким граем, как будто звал за собой. Манил прямиком в чащу хмурого леса…
– Чего ты хочешь? – вопрошала Регина, перекрикивая шум течения реки. – Как же я переберусь через воду?
Голос позади заставил ее подпрыгнуть на месте.
– Можешь сковать ее льдом, например.
Регина резко развернулась, машинально вскинула вперед руки и отправила залп энергии на говорившего, не успев даже рассмотреть сперва его лица. Кайден успел вовремя выставить перед собой локоть, на который и пришлась вся ее хиленькая сила: его слегка закачало, и он отступил на два шага назад.
– Ого, это у тебя что-то вроде нового приветствия? – усмехнулся Кайден, оправляя спутавшийся мех на теплой куртке.
Регина закатила глаза и, утихомиривая сердцебиение, раздраженно буркнула:
– Нельзя же так подкрадываться к людям! Я не слышала твоих шагов.
– В таком случае в следующий раз вместо паба рекомендую заглянуть к местному врачевателю и проверить остроту слуха.
– К твоему сведению, сейчас его называют отоларингологом.
– Ото… что, прости? – Уголки губ Кайдена иронически изогнулись.
– А, забудь.
