Мои глаза, привыкшие к иероглифам, которыми была исписана книга, разглядывали картинки, на которых были изображены жуткие существа различных форм и размеров.
— Смотри, еще есть какие-то формулы, — провела пальцем по необычным геометрическим символам, заключенным в таблицу.
— Ага, — безучастно отозвался Костя.
— Не кисни, — усмехнулась я, не поднимания на него взгляда.
— На радуге зависни, — закончил он с зевком.
Я нашла то, что искала, на пятьсот семьдесят девятой страницы книги.
— Иди сюда! — сама от себя не ожидала, что крикну так громко. Костя подскочил на стуле и, вместо того чтобы обойти стол, он перелез через него, чуть не заехав ботинком мне по голове.
— Ленивая задница, — буркнула я.
— Не ворчи. Где мутант?
— Вот.
Невероятно довольная, я ткнула пальцем на изображение в правом верхнем углу страницы. Костя поцеловался носом с книгой, мыча и тщательно изучая картинку. Здесь Больтарас выглядел не так устрашающе, как вчера в Середине.
— Тут наверняка есть информация о нем. Только я все равно ничего не понимаю, — обреченно выдохнув, я уставилась на Костю, который был невероятно заинтересован увиденным. — Ну как? Понравился?
— Не верю, что ты дралась с ним, — сказал Костя.
— Не дралась, а удирала.
Неожиданно на меня устремились серьезные голубые глаза.
— Отныне будем ловить призраков вместе.
Я поперхнулась воздухом.
— Не смешно.
— А если эта тварь снова попадется тебе? — его низкий, неестественно натянутый от напряжения голос пробудил дрожь в моем теле. — Ты останешься без защиты, понимаешь? Не думаю, что твой голубой герой-сгусток явится на помощь.
Я поджала губы, недовольная тем, с какой иронией Костя говорил о душе, спасшей меня. Я рассказала ему об этом не для того, чтобы он глумился.
— Что за странная тяга спасать меня? — обиженно пробубнила я.
— Ты же мелкая и фарфоровая, Женька, — вздохнув, Костя накрутил на свой палец мой выбившийся из хвоста локон. — Как принцесса. А я типа твой рыцарь.
Покраснев от столь близкого расстояния между нашими лицами, я поспешно отвела взгляд к книге.
— Типа, — повторила и нервно хихикнула, больше не злясь на него.
Костя, похоже, и не думал соблюдать дружескую дистанцию, нагло врываясь в мое личное пространство. Но… я была не против. С ним я чувствовала себя спокойно. Я знала, что он никогда не сделает мне ничего плохого.
— Ладно, — я потянулась, чтобы размять затекшее тело. — Попрошу Роберта Александровича помочь мне разобраться в этой писанине, — кивнула подбородком на книгу.
— А я попрошу его объединить нас в команду, — не унимался Костя.
Я встала со стула и хлопнула друга по плечу.
— Угомонись ты.
— Не угомонюсь. Я ведь беспокоюсь за тебя, дурочка.
Он поймал мою руку прежде, чем та соскользнула с плеча. Не прерывая зрительного контакта, Костя наклонился вперед, крепче сжав в своей ладони мои оледенелые пальцы, и расплылся в робкой улыбке.
— Никакие монстры до тебя не доберутся, пока я рядом. Так что это ты не упрямься и позволь мне побыть рыцарем на белом коне.
— Кость, это, конечно, очень мило, но я не принцесса, — мягко покачала головой.
— Для меня — да, — он осторожно потянул руку к моей щеке.
— Эй, Ларина! — рявкающий голос прогремел неподалеку, и я вздрогнула, отвернув голову от Кости в сторону Виолетты. Глаза блондинки цвета молочного шоколада ревниво сузились, окидывая нас озлобленным взглядом. Клянусь, сейчас она мечтала о том, чтобы придушить меня на месте. — Тебя Хранитель зовет.
— Да блин, — услышала я приглушенное шипение Кости рядом. — Как вовремя…
— Х-хорошо, — рассеяно кивнула я Виолетте. — Сейчас приду.
— Да мне пофиг, — цокнув, девушка встряхнула блестящими, уложенными волосами и, развернувшись на каблуках, исчезла за рядами стеллажей.
У Хранителя был личный кабинет, о существовании которого Роберт Александрович вспоминал в редких случаях, — к примеру, когда нужно принять важных шишек из Системы. Таких, как Страгловец, который, кстати, уже был здесь. Я узнала об этом, когда плелась к кабинету через жилой сектор штаба.
Голоса трещали, не умолкая. Шептали, что Страгловец — сказочно красивый и молодой мужчина. Страгловцами редко становились раньше двадцати пяти лет. Я никогда не встречалась с ними лично и знала о них, в основном, со слов Кости, который иногда мог говорить о Страгловцах до появления мозоли на языке.
Я застыла под дверью в конце длинного коридора, стены которого были отделаны деревянными панелями, и прислушалась к голосам, исходившим из комнаты. Один принадлежал Роберту Александровичу, второй, бархатный и низкий, отвечая на вопросы, несколько раз повторил краткое и непоколебимое: «Да».
Набрав в легкие воздух, я постучалась и стала ждать ответа.
— Проходи, Женя.
— Вы звали, Роберт Александрович? — ввалившись на заплетающихся ногах от необъяснимого трепета волнения в груди, спросила я.
