— На Рагосе допускаются разные формы брака. В основном это моногамия — один мужчина и одна женщина составляют пару. Но бывают случаи, когда у мужчины несколько жён, или у женщины несколько мужей, — пояснил Тэй. — Так что многомужеством меня не удивишь. Да, мои родители решили, что проживут жизнь вдвоём, никого больше не примут в семью, кроме их детей. Но при этом у моего деда семеро жён. А прадед встретил свою избранную, когда она уже была замужем за пятью легионерами. Он стал её шестым мужем. Я когда-то читал, что, если высший вампир встречает свою избранную, его охватывает дикая ревность. Говорят, что после обретения метки и закрепления союза консуммацией эта ревность утихает, становится терпимой. Лично я готов порубить на куски любого, кто приближается к тебе. Даже бабочек, что подлетают слишком близко. Теперь ты — центр моей вселенной, её смысл. А насчёт того, что ты недостаточно родовита, не слишком красива или глупа — не говори ерунды. Ты само совершенство. Для меня единственная проблема — это смириться с тем, что придётся делить любимую женщину с анхарцами. И примешь ли ты меня после того, как я пытался убить твоих любимчиков? — он поднял на меня взгляд, и синее пламя его очей обожгло меня отчаянной надеждой, острой горечью и желанием на грани безумия.
— Я буду счастлива, если ты станешь моим, — поднялась я с кровати и направилась к выходу. — Ты же сам чувствуешь, что меня к тебе тянет. Ты обалденный, сильный, красивый, желанный. Но от Сэма, Тима, Даниэля, Энди, Родни и Лорана я не откажусь. Их много, я даже ещё не осознала полностью, что у меня столько мужчин, но они все мои. Если ты сможешь с этим смириться — приходи в мою постель. Займёмся консуммацией нашей связи. Так что решай сам — нужна ли я тебе настолько, что ради меня ты забудешь все свои обиды и ненависть к оборотням. Или выбирай другой вариант, и я отвезу тебя в медцентр на криосон, а после — найду способ разорвать нашу связь. Решение за тобой, — я закрыла дверь его камеры на засов.
— Пригласила меня на консуммацию, и при этом снова запираешь в клетке? — вампир был сильно озадачен.
— Ты же сам говорил, что эти решётки тебя не остановят. Вот и докажи это, — хмыкнула я, удаляясь прочь.
Из тёмного угла следом за мной выскользнула высокая фигура моего эльфа.
Поднявшись на второй этаж, я секунду помедлила и направилась всё же не в спальню, а в своё убежище — так я называла то место, где мы когда-то лежали с Даниэлем на кровати, занимаясь сказкотерапией.
Я была сейчас морально не готова увидеть своих барсиков, хотелось немного подумать обо всём. И услышать совет от самого мудрого из всех моих мужчин — эльфа. А насчёт Тэя я не волновалась: была уверена, что он сейчас погрузился в долгие раздумья, и даже если решит выбраться из камеры, у него на это уйдёт какое-то время. Так что в любом случае успею вернуться в спальню до его прихода.
Дан без тени удивления на лице последовал за мной в комнату и закрыл дверь на засов, как и в прошлый раз.
Я с интересом оглянулась по сторонам: кровать, диван, шкаф и остальная мебель были заменены на новые, персиковые тона разбавились золотистым шиком, и обстановка в целом стала ещё уютнее. Наверное, Майк и другие мои рабы просекли, что эту комнату я хочу оставить за собой, и украсили её с особым обожанием к моей персоне. От такой заботы на душе потеплело.
Бросив одобрительный взгляд на кровать, Даниэль застыл, ожидая дальнейших указаний.
— Сядь на диван, пожалуйста, — попросила я его, и он подчинился.
А я забралась к нему на колени и уткнулась носом в его надёжную грудь, чувствуя, как спину тут же обхватили сильные мужские руки.
— Что мне делать, Дан? — тяжело вздохнула я. — Как рассказать обо всём близнецам? Они же с вампиром настоящую бойню устроят! Не успокоятся, пока не прибьют друг друга. Или просто помалкивать о том, кто они, а рассказать попозже?
— Если ты их уважаешь, надо сказать правду, — твёрдо ответил Даниэль. — Пусть услышат её от тебя, а не от вампира.
— Ты прав, — согласилась я. — А насчёт Тэя… Выпустишь его через час, ладно? Если он захочет быть со мной, найдёт меня в спальне. Если нет — отвези его в клинику к Лорану, хорошо? — попросила я, и Дан кивнул. — Может, зря я его заперла?
Эльф фыркнул:
— Он же сам заявил, что решётки его не удержат. Пусть докажет, что он мужик, а не пустозвон. Хоть как-то проявит себя. Это он должен тебя добиваться, а не наоборот. Все его слова о том, что он не хочет тебя терять и что ты центр его вселенной, — это как пыльца на ветру. Не имеют веса. Важны только действия. Поступки.
— Точно… — снова вздохнула я.
