После долгих дискуссий мы с Кирой придумали более или менее приемлемое объяснение. Дескать, Лёлик, он у нас такой местный гений, сотворил программу,которая работает следующим образом: берутся несколько сцен катастроф из художественных или документальных фильмов, из текущей хроники или вообще из сети и после цифровой обработки совмещаются в единый пакет. Затем, исходя из задания и материала, даётся команда, сформулированная как «наводнение». Можно также заложить «землетрясение» или «пожар», но тогда придётся вручную подбирать другой визуал. Программа несколькими циклами прокатывает данный пакет, выделяет в нём персонажей, совпадающих по движениям с данной задачей, сопрягает их с динамикой выбранного сюжета, убирает лишнее, вновь прокатывает, гармонизирует, и вот вам паническая толпа людей, спасающихся от гигантской волны. Сходным образом конструируется антураж. Потом всё это ещё раз накладывается друг на друга и ещё раз гармонизируется в нескольких циклах. Вуаля, результат совершенно не совпадает с исходными изображениями. Ни одна проверка не выявит заимствований. То есть обвинить нас в плагиате будет нельзя. Можете проверить, если хотите.
Между прочим, я нисколько не сомневался, что сетевая команда «Аноды» в самом деле тщательно всё проверила и убедилась. И, разумеется, сразу же захотела купить эту программу. Тот же юрист «Аноды», вместе с напарником, вероятно, специалистом по переговорам, довольно долго нас убеждал, что это будет выгодно и нам, и им. Программу надо срочно легализовать, настаивали они, иначе завтра кто-нибудь создаст точно такую же. Идея носится в воздухе. Вам требуется защита. Вы понимаете? Деньги они предлагали очень приличные. Хотя, в сущности, это были копейки по сравнению с тем, какую прибыль такая программа, если бы она действительно существовала, могла принести.
— Нет уж, — вернувшись оттуда, сказала Ирма. — По договору мы не обязаны передавать наши собственные разработки. Кстати, — это уже персонально к Лёлику, — ты хорошо спрятал переадресовку этой... Зарины?
Лёлик кивнул.
— Ты уверен? У них специалисты экстра-класса.
— Не найдут, — сказал Лёлик. — Тут надо знать, где искать. Это ведь совсем не то, что они думают...
Оставалось верить ему на слово.
Так или иначе, но соглашение с «Анодой» мы заключили. Ирма торжественно потрясла перед нами целой пачкой бумаг, где мелким шрифтом, с помощью бюрократической магии были уложены в параграфы наши взаимные обязательства.
Я даже не пытался понять этот птичий язык, посмотрел на Киру, и та суховато заметила, что договор, вообще говоря, кабальный. Согласно ему, мы передаём «Аноде» исключительные авторские права, и теперь они целых пять лет будут распоряжаться всеми нашими материалами.
— Я, конечно, могу ошибаться. Авторские права — не мой профиль.
— Это стандартный договор, — так же суховато заметила Ирма.
Кира пожала плечами:
— Вам с Вадимом Анатольевичем виднее...
Между ними что-то не складывалось.
То и дело проскакивали мелкие колючие искры. Мне иногда казалось, что сам воздух слегка припахивает озоном. Я тогда не догадывался, что происходит. Считал, что всё это напряжение возникает из-за влияния на Вадима: Кира тянет его в одну сторону, Ирма — в другую. И если раньше у Киры на этом поле соперников не было, экзотические девицы не в счёт, то теперь она явно проигрывала.
На самом деле всё обстояло иначе. Дело было отнюдь не в Вадиме. Дело было во мне. Я сам ещё ничего не чувствовал, а Кира, вероятно, чисто женскими мистическими рецепторами, уже улавливала некие флюиды. Раздражалась она именно из-за этого, и раздражение, вопреки всей её выдержке, выплёскивалось наружу.
А результаты нашего договора с «Анодой» овеществились немедленно. Количество подписчиков скачком выросло сначала до ста пятидесяти тысяч, потом — до двухсот, а число стабильных просмотров в конце июня перевалило за полмиллиона. Сказался промоутерский толчок «Аноды». Мы поднимались. Мы выходили в сетевые лидеры. Мы ещё не были в топе ста наиболее популярных российских сайтов, но уже вплотную, вплотную приближались к заветной черте. Дрожь в преддверии невероятной удачи становилась всё сильнее. Атмосфера в студии была наэлектризована до предела. К тому же нам с Лёликом существенно прибавили зарплату, что тоже немаловажно.
