Есть ли у меня чувства к человеку, можно понять по тому, как я реагирую на его комплименты. Заливаюсь краской и становлюсь похожа на спелый томат — у нас ничего не выйдет. Веду себя так, будто услышала самые ужасные слова на свете — влюбилась по самое не хочу. Влад хвалит мой наряд — узкие джинсы и белоснежный топ на тонких бретелях — и мои волосы — распушившеся после душа. Он называет меня красавицей и представляет своему другу, который владеет шикарным рестораном, а затем отодвигает стул, чтобы я устроилась за столом, накрытым шелковой бирюзовой скатертью. Этим вечером он совсем не похож на серфингиста, потому что его мышцы спрятаны под лиловой рубашкой. И отчасти потому, что он ведет себя слишком серьезно. Такие не покоряют волны, такие сидят в своем кабинете и управляют гостиницей.
Я немного злюсь, но скорее на саму себя, потому что обычно отвергаю подобного рода ухаживания, но в этот раз поддаюсь — таю, как пломбир на солнце, улыбаюсь, а не скалюсь, и много (очень много!) флиртую. А еще благодарю за приглашение на ужин и приятную компанию, называю нашу встречу потрясной и не возражаю от продолжения банкета. Так что, пока нам готовят десерт, он уводит меня на террасу — импровизированный танцпол — и заставляет кружиться в его ручищах. В какой-то момент я даже смеюсь, и это вызывает новую волну стеснения. Влад, наверное, думает, что сразил меня наповал — не просто же так заалели мои щеки. Но внутри у меня далеко не фейерверк. И даже не пузырики от шампанского. Внутри у меня пустота, потому что я снова притворяюсь, как делаю со всеми новыми знакомыми, желая им угодить. Так что в конечном счете начинаю стесняться вовсе не серфингиста и не его заигрываний, а самой себя.
— Отлично танцуешь, — говорит Влад, когда мы возвращаемся за стол, на котором нас уже ждут два лимонных чизкейка.
Это далеко от правды, потому что в таких вещах я крайне неуклюжая и деревянная, но при правильном подходе — а именно передаче бразд правления партнеру по танцу — можно избежать казусов и выставить себя в недурном свете.
— Ты вел в этом танце, — отвечаю я, — тебе и лавры.
— Из нас вышла хорошая команда.
Пожав плечами, соглашаюсь на предложенный им компромисс и приступаю к чизкейку.
— Точно не хочешь попробовать блюдо дня — креветок в чесночно-сливочном соусе? — уточняет Влад.
Не хочу, но сама не понимаю, почему. Может, объелась ими накануне, но разве это возможно? Нет, дело в другом. Из-за вчерашнего ужина, который я разделила с Федей, креветки теперь ассоциируются исключительно с ним. И есть их хочется только в его компании.
— Мне хватило паэльи с морепродуктами, — объясняю я, что не так далеко от истины — креветки в ней тоже были. — Спасибо. И другу своему передай, что все было очень вкусно.
— Обязательно. Но мы же еще придем?
Что это за интонация в его голосе? Надежда? Намек? Я слишком устала после дневной беготни в поисках зацепок, поэтому, не желая гадать, спрашиваю напрямик:
— Предлагаешь закрутить курортный роман?
— Почему бы и нет? — Широко улыбаясь, он тянется к моей ладони, лежащей на бокале с цитрусовым коктейлем.
— Это не входило в мои планы.
— Планы легко подлежат изменению, — парирует Влад. Его пальцы скользят по моему запястью, а я пытаюсь понять, нравится ли мне то, что он предлагает и делает.
— Не знаю, я как-то не уверена в этой затее.
— Просто дай мне шанс тебя переубедить.
— Да запросто, — усмехаюсь я. — Только сначала скажи, не знаешь ли ты эту девушку.
Протянув ему телефон с фотографией Дины, я непроизвольно задерживаю дыхание. Вдруг это момент истины, и сейчас все явное станет явью? Но нет. Покачав головой и извинившись, он возвращает мне смартфон.
— Кто она?
— Бывшая моего друга.
— И зачем ты ее ищешь?
— Она кое-что у меня взяла. Хочу вернуть.
— Украла что ли?
— Нет, забрала на законных основаниях, но я все равно хочу эту вещь назад.
— И часто ты даешь заднюю?
— Постоянно. Вот прямо сейчас размышляю над тем, чтобы отказаться от прогулки по пляжу, на которую согласилась в начале ужина.
— Боишься?
— Кого? Акулы, прибившейся к берегу?
— Меня, — улыбается он. — И курортного романа, который я тебе предлагаю.
— А чего мне бояться? Это же весело.
— Тогда почему сомневаешься? Из-за твоего друга?
Может, все дело и правда в Феде. Я не думаю, что он сидит в номере, тоскливо поглядывая на дверь, но и радости от моего отсутствия он точно не испытывает. Мы приехали сюда вместе, а потому нам не стоит разделяться и предаваться веселью с другими.
— Я здесь, чтобы найти девушку с фотографии. Больше меня ничего не интересует.
— Уверена? — Ухмыляясь, он подзывает к себе официанта. — Позови Андрея.
— Зачем? — спрашиваю я, когда сотрудник ресторана уходит на поиски владельца заведения.
— Покажешь ему фото. Ты же для этого пришла, так?
— Конечно, — отвечаю я с вызовом, чувствуя, что меня немного, но все же подловили на чем-то не совсем честном. — Буду благодарна, если все сотрудники твоего друга взглянут на снимок.
Так и происходит. Влад вручает Андрею мой телефон и просит показать фотографию Дины всему обслуживающему персоналу.