Несколько раз она пересчитала деньги, всякий раз сбивалась, начинала считать заново. Завтра с утра должна прийти Вера, нужно сдать выручку за несколько дней. Хотелось, чтобы всё было в полном порядке. Сосредоточенно Таня плевала на большой палец и вновь начинала считать. Не то чтобы купюр было слишком много, просто мысли мешали, сбивали со счёта, заставляя возвращаться к пересчёту вновь.
Настойчивый стук в дверь снова спутал всё в голове. Татьяна вышла из подсобки, выглянула в зал и громко прокричала:
– Закрыто!
Стук повторился. Пришлось выйти из-за кассы глянуть кто там такой настойчивый. За стеклом знакомый силуэт. Фомин приложил ладони к стеклу, пытаясь рассмотреть что-то в полутёмном зале. А когда Татьяна подошла ближе, улыбнулся и показал чтобы открывала дверь. Она остановилась в нерешительности, но он снова настойчиво постучал.
– Открой дверь, – мягкий, но требовательный голос, словно издалека, – открой мне дверь.
В его взгляде, решимость и нежелание отступать. Осторожность шептала Татьяне предостережения – что если кто-то придет, увидит. А если Вера вспомнит о чём-то, решит заехать сейчас в магазин. Этого нельзя было допустить. Но если Фомин начнёт шуметь, будет ещё хуже, тогда уж точно кто-то увидит или услышит. Лучше уж открыть ему дверь.
Ваня на работе в ночь, это нехорошо. Если бы он был здесь, Фомин не стал бы вести себя так смело.
– Открой дверь, – настойчиво повторял он, Татьяна подошла к двери совсем близко.
Она посмотрела на него из-за стекла и покачала головой.
– Нет, – сказала она. – Уйди. Не приходи сюда, ты всё портишь. Я этого не хочу. Не хочу!
– Я буду тут стоять всю ночь, пока ты не выйдешь.
Она вздохнула и повернула ключ в замке. Дверь открылась, будто ветер ворвался в зал. Он закрутил в сумасшедшем порыве, оттолкнул от двери. Замок защёлкнулся, в испуге Татьяна прижалась к стене сразу за дверью. Фомин схватил её за плечи, толкнул глубже в угол, туда, где стоял стеллаж с чаем и кофе. С налёту Татьяна задела несколько пачек они полетели на пол, но никто этого не заметил. В просвете, между стеллажами Фомин обхватил её талию, дёрнул на себя ослабевшее тело. Она почувствовала, что не в силах сопротивляться. Вдохнула его запах, в одно короткое мгновение он опьянил, заставил забыть обо всём. Нет никого – только он. Его сила, его запах, то от чего она не в состоянии отказаться.
Небольшой промежуток двора они шли обдуваемые лёгким ветром. Разговор не клеился. На углу дома Татьяна повернулась и быстро сказала:
– Дальше не провожай.
Она хотела уже уходить, когда он остановил её:
– Подожди.
Фомин порылся в кармане, протянул листок. Татьяна подставила ладонь и чуть не выронила ключ, который лежал сверху.
– Это – адрес, а это – ключ, – в темноте взгляд Фомина испытывающий, точно он старался разглядеть в лице Татьяны что-нибудь похожее на радость, – когда захочешь – позови, и я буду там.
Холода пришли не сразу. Октябрь ещё радовал тёплыми днями, небо с просветами ещё оставалось чистым. Пока не захватила город сырость и дожди, хотя порой казалось вот-вот начнётся разноцветная круговерть. Но осень запаздывала, давая небольшой задел тепла.
Через неделю после рабочей наступала неделя выходных. Мама теперь тоже работала в магазине у Веры, но в другую смену. Диану утром отводили в сад, а Ваня всё больше времени проводил на работе.
С утра Татьяна в квартире приберётся, покушать приготовит, а потом мается, всё про листок да про ключ вспоминает. Несколько раз телефон в руки брала, но нет, обратно положит и смотрит, точно на маленькое приведение. Словно ждёт чего-то, что должно произойти. А телефон – без движения. Молчит.
Вдруг звонок, схватила телефон – Ваня звонит:
– Алло! Ванечка! Ты когда придёшь?
– Танюш котёнок, я сегодня снова в ночную, Семён просил за него поработать.
Молчание.
– Танюш, ну не злись, завтра дома как штык. Скажу, чтобы два выходных мне давали вместо одного.
– Ага, дадут, догонят и ещё раз дадут.
– Ну, Танюш, деньги ведь тоже не малые платят.
– Хорошо, ладно. Только завтра как штык.
– Обязательно. Целую.
И снова тишина, снова ожидание. Кинулась туда-сюда по квартире, ничего не идёт, не думается, не хочется. Схватила телефон, развернула бумажку, которую прятала под одеждой в шкафу, набрала номер такси.
Лихорадочными движениями Татьяна натянула джинсы и свитер, быстро влезла в мокасины, схватила куртку и выбежала из квартиры.
Первые минуты в такси, резко поняла что совершает, но теперь уже страха не было, лишь возбуждённый, отчаянный азарт. Посмотрела на телефон, а потом быстрыми пальцами напечатала – “Жду тебя там”.
Перед дверью в квартиру, остановилась, обернулась. Тихо в подъезде. Где-то за стеной справа льется музыка, старая песня откуда-то из детства заунывно крутит припев. Ключ плавно вошел в замок от одного движения дверь открылась.
