- Ты невозможна!
Тина всхлипнула.
- Ладно, не реви. Я приду. Когда?
- Завтра? В восемь.
- А почему так поздно?
- Завтра уезжает дед. Он хочет, чтобы я его проводила.
- Уезжает? Куда?
- Ну-у-у, ты не понял? У нас в семье это так называют.
- А-а-а. Хорошо, в восемь.
Тина ушла, как всегда, не оглядываясь. Она обладала способностью исчезать мгновенно, будто растворяясь в воздухе. Или в этой, придуманной ею преграде. Карел нахмурился. Странный это вывих у Тины. Иногда ему даже жутко с ней. Но зато она не врет, как другие. И она настоящая. В этом он уверен.
Карел сам не понимал, почему он недолюбливает виртуалов. В их семье никогда не говорилось о них ничего плохого, но он инстинктивно сторонился их, хотя никогда не участвовал в налетах на их кварталы.
Карел пошел по улице, разглядывая прохожих. Домой идти не хотелось. Там отец, безработный, пьяный и злой, как скорпион, которому ни разу в жизни не удалось никого укусить. И мать, угрюмая и жадная. И тоже всегда пьяная. А трезвая, она, чуть что, грозится бросить все и уйти в "Надежду". Только никуда она не пойдет. Того, что она зарабатывает, хватает только на то, чтобы сводить концы с концами. А для "Надежды" нужно в десять раз больше. Если бы у Карела были такие деньги, только бы его здесь и видели. Карел представил себе мир, который бы он выбрал, окажись у него нужная сумма.
Интересно, согласилась бы Тина уйти с ним? Он никогда ее не спрашивал. Но он мог часами рассказывать ей о "своем" мире. Она очень правильно слушала, не перебивая и не добавляя чего-то от себя. Ведь это был его мир. А Тина совсем-совсем другая. Вряд ли ей подойдет это. Жаль, если придется расстаться с ней. У нее такие чудесные светлые-светлые серые глаза. И кожа такая тонкая, прозрачная. И что она выдумала эту свою преграду? Она так чудно говорит об этом. А может... Да нет, чушь это. Не может такого быть, чтобы только у нее одной существовала такая оболочка. Неснимаемая, непроницаемая, сплошная оболочка, которую никто не видит. И которая то уплотняется, то, наоборот, становится тоньше. Как сегодня. Дурак он! Надо было подыграть ей, сказать, что эту ее чертову преграду можно утончить еще больше. И тогда... Да нет, Тина чокнутая. Пожалуй, ей лучше в этой ее оболочке.
Другое дело, надо наконец решиться и попросить у нее денег. У них в семье это не проблема, раз уже третий человек "уехал", как она говорит. Вот глупцы! Имеют деньги и не пользуются ими. На их бы месте он собрал бы всех и сказал: пусть каждый выберет себе мир по душе и айда все, кто куда захочет. Зачем Тине сидеть в этой своей оболочке? Ведь она так и просидит всю свою жизнь. Решено. Завтра же он спросит ее, может ли она достать денег.
- Эй, Карел!
Чичи. Жирный урод! И чего он вечно лезет к нему?
- Чего тебе?
- А где твоя чокнутая?
- Не твое собачье.
- Поцапались?
- Отвали.
- А я знаю, почему она такая.
- Какая?
- По ней психушка плачет. За ней в месяц раз из дурдома приезжают. У ее пахана денег куры не клюют. Он им платит, чтоб они ее не забирали. Думает, они ее вылечат. Только, я слышал, они уехать хотят. А здесь все бросить.
У Карела перехватило дыхание.
- Как это уехать? Куда?
- А я знаю?
- Тогда нечего и трепаться.
- Я не вру. Я все сам слышал.
- Когда? Где?
- Августо рассказывал Крученому Болту.
- Эти вирты? Что они могут знать?
- Вирты все знают. У них между собой такая особая связь.
- А какое это имеет отношение к Тине?
- Так ейный папаша был у них самым главным.
- Врешь! Разве они из виртов?
- Нет, он у них был за главаря, когда они, это... ну, права качали.
- Так это ж давно было.
- Ну да. Тина тогда была совсем пацанкой. И он ее взял с собой, ну, туда, где они собирались. У виртов в гетто. А наши пронюхали и устроили налет. Этому ее папахену чуть башку не оторвали.
- А Тина?
- А про Тину сначала все забыли. А когда нашли, смотрят, а она уже чокнутая.
- И что?
- Ничего. Доктор стал приезжать из дурдома, я уже говорил. А ты как с ней?
- Никак. Пошел к черту!
- Да я так, спросил просто. Она совсем ничего. Только худая очень. Ну ладно, я пойду.
- Постой.
- Ну?
- А ты сам видел у них деньги?
- Откуда? Я у них никогда не был. Я только слышал.
- От виртов?
- Да.
- Тогда пойдем туда.
- К виртам?
- Да.
- Ты же с ними никогда не водился.
- Ну и что?
- А то, что они с тобой говорить не станут. Они все знают, кто как к ним относится.
- Ты пойдешь или нет?
- А что я за это получу?
- Слушай, Чичи, я твою жирную вонючую задницу...
- Сам ты вонючий!
- Я тебя!
- Ну, давай, давай, попробуй!
- Жирная свинья!
В лицо Карелу полетел комок грязи. Взревев, он сжал кулаки и бросился на приятеля.
