— Далеко, далеко, далеко…
Хоть с победной войны возвращаться
Или беженцу пристань искать —
Никогда не устанешь прощаться,
Только некому будет прощать…
И не вспомнить и не забыть,
И никак не определиться,
О, печаль вековая — быть,
О, невнятный страх — не родиться!
Плач младенца, сон старика,
А меж ними полёт и бездна,
Катит волны времён река,
Помощь тонущим бесполезна.
Жизнь-дублёр пролетает во снах,
Никогда на замену не выйдет,
А умру, и посмертный мой прах
Никогда уже снов не увидит.
Плоть Вселенной приникнет к нему,
И пространств, и времён средоточье.
Поплывёт он в безвестную тьму,
Что во снах моих вижу воочью.
Равенна. Данте. Изгнан навсегда
Флоренцией родной.
В тоске безмерной
Берёт перо.
Строк стройных череда.
Комедия. Часть первая. Инферно.
Я всем отмщу.
Разделите со мной
Мой долгий ад и адские те муки.
Флоренция!
Зову тебя на бой
За всё,
за то, что мы с тобой в разлуке.
Маму я провожал в больницу.
Так отчётливо снился сон.
Это счастье, когда он длится,
И тоска, когда прерван он.
Те мгновенья в полёте кратком,
Те виденья как бы вдали,
Словно на сердце отпечатком
Нестираемым налегли.
Налетевшей явью внезапной
Снова схвачен вдруг, сам не свой —
Будто зэка в вагон этапный
Со свиданья тащит конвой.
Во сне мне снились зеркала,
Моё мелькало отраженье
Получужое. Ночь плыла
Почти неслышно, без движенья.
Едва себя я узнавал
Как будто нехотя, прощально,
Ныряя в сумрачный овал
Безмерной глубины зеркальной.
Не убывала тишина,
Рассказывая небылицы
Про тёмные причуды сна
И про зеркал ночные лица.
Я вброд переходил Неву,
Что невозможно наяву,
Но было так на явь похоже,
И так темна была вода,
И я неведомо куда,
Брёл, как калика перехожий.
И этот сон я сберегу —
Там, вдалеке, на берегу
Недвижно мать моя стояла,
Объятий нам не разомкнуть…
Темна вода, неведом путь.
Сон, явь… Но разницы так мало.
Ещё горели фонари,
И первый снег мелькал, маячил,
Как будто фонарям: «Гори, —
Шептал, дрожа. — Я начал, начал.
Зима идёт за мною вслед.
Льды громоздя, лепя сугробы.
Я таю, миг — меня уж нет,
Но самый первый я, особый.
Уже который год подряд
Всё те же страхи и тревоги,
Но утром фонари горят,
Чтобы не сбиться мне с дороги».
Заполыхали холода
Февральской белизны высокой.
Уходит время навсегда,
Навеки, во мгновенье ока.
Ни солнца блеск, ни снегопад
Остановить его не может,
Внезапно повернуть назад,
Вернуть в тот день, который прожит,
Тот день, который ни за что
Смерть не догонит, не захватит,
Не сможет превратить в ничто,
Напрасно только силы тратит.
Душа затеряна в полях,
Где ветра буйство и зазнайство,
Где снег и небо на паях
Содержат зимнее хозяйство.
Навек бы ей остаться там,
Забыв о прошлом, о грядущем,
Плыть облаком, припасть к снегам,
Носиться ветром вездесущим.
Оттого что зима началась,
Обновилась душа на мгновенье —
В белизне есть великая власть,
В льдистом воздухе тайное пенье.
Кто услышал его, кто успел
Не забыть, записать эти ноты —
Для него мир и звонок и бел,
И небесные вспыхнут высоты.
С берёзами играя в перегляд,
Бреду среди зимы, снежинок дрожи
Который день, который год подряд —
Привычный, примелькавшийся прохожий.
И кто я здесь, и что держу в уме,
Что выведать хочу у перелеска,
Неведомо забывчивой зиме,
Ни воронью, взлетающему резко,
Ни тишине замкнувшихся небес,
Что и сама порой ответа просит.
Я был. Я есть. Я шёл здесь. Я исчез.
Прощально снег шаги мои заносит…
Снег летит напористо-мелок,
Не спастись от его погонь,
В парке женщина кормит белок,
Им протягивая ладонь.
Как проворно сквозят их лапки,
Как взметаются ввысь хвосты,
Как берёзы над ними зябки,
Ветки голые как пусты!
И орешки с людской ладони
Подбирают белки, спеша,
И снежинки в жадной погоне
Разбегаются, мельтеша…
Зима, белея, разбежалась,
Установилась тишина,
Снежинка зябкая прижалась
К холодной просини окна.
А мы с тобой всё планы строим,
О зимах прошлых говорим…
Снега лежат тяжёлым слоем,
Простор полей необозрим…
На стыке зимы и весны,
Огнистого солнца и снега,
То карканья, то тишины
Глухой, как слова оберега —
Мгновение длится, как день,
То день вдруг мелькнёт, как мгновенье,
Запутанно-зыбкая тень
Деревьев, как сердцебиенье…
Май приближается к лету,
Шустро скворец семенит,
Что-то ему по секрету
Зелень, дрожа, гомонит.
Ярче белеют берёзы,
Шире плывут облака,
И объедаются козы
