В чаще сырой ивняка.
Несколько дней календарных,
И убегает весна.
Слов бы найти благодарных,
Чтоб услыхала она.
За часом час и день за днём —
Меж ними не найдёшь отличий,
Меж облаками синь проём.
Он краток, словно посвист птичий.
Не знающим про времена
Как хорошо — для них всё длится
Одна секунда — лишь одна,
В ней море, облако и птица.
Путём привычным ночь прошла,
Небесные проснулись сферы,
И где звезда пространство жгла —
Тишь, гладь, голубизна без меры.
И тёмных странствий страх гоня,
Душа вернулась, оживая,
В сиянье голубого дня —
Светящаяся, голубая.
Пеньем птиц, шелестеньем листвы
Окружён в этом месяце травном.
Неизбывная даль синевы
Вновь в полёте крутом, своенравном.
Но за миг набегут облака,
Жадной молнии блеск промаячит,
И внезапная хлынет река,
Пенья звон в бурном гуле упрячет.
Ни небес, ни земли не видать,
Бесконечная мечется влага,
И былой синевы благодать
Помнит разве что куст-бедолага.
Я вмешивался в разговор дождя
Своей строкой, он отвечал, гудя,
Я бормотал о днях моих летящих,
Он лепетал о листьях шелестящих,
О крыше, дребезжащей в темноте,
В ответ о смертной я шептал черте,
Но утешал он музыкой небесной
С какой-то силой, людям неизвестной.
Осень замедленней,
Меньше всё сведений,
Певчих, порхающих,
В небе летающих,
Тропами вязкими,
Травами тряскими
Выйдем куда-нибудь,
Господи, с нами будь.
Как не отчаяться —
Осень кончается.
Мягкий месяц, названьем своим
Ты атласной подобен подушке,
Риму древнему ты побратим,
И латынь в твоей пенится кружке.
Что тебя в нашу мглу занесло
И в промозглые наши чертоги?
Здесь твоё ненадёжно тепло,
Здесь не благоприятствуют боги.
Но прижился. Белы облака,
И плывёт синева перелеском.
И античные словно века
Обдают в этот миг своим блеском.
Ноябрь в ноябре
Не короток, не длинен.
И в зимней той поре
Нисколько не повинен.
Он с осенью вдвоём
Не друг ни льду, ни снегу,
В туманный окоём
Упёрся он с разбегу.
А что ручей замёрз,
Трава поникла зябко,
И гол берёзы торс,
На пне белеет шапка,
Что иней пал с утра,
Тропинка серебрится —
Природа-то хитра.
Затейница, шутница.
Жара сменилась непогодой.
Небесный свод темней свинца,
Но тянет разразиться одой
Взамен элегий без конца.
Воспеть торжественно и мрачно
Залива длинную волну.
Сырой песок, лесок невзрачный,
Гул, в плен берущий тишину,
Крикливых чаек бег пугливый,
И с элегической тоской
Себя на берегу залива
Воспеть одической строкой.
Просторна область тишины —
Воды и неба обиталище.
Торопит словно бег волны
Бег облаков далёкий, тающий.
И не узнать, куда спешат
Две синевы, два отражения,
Куда уводит небоскат,
Куда волны передвижения.
А тишина настороже —
Разрешено лишь ветру редкому
Про осень, что близка уже,
С густыми пошептаться ветками.
Шуми, Гомер, волной залива,
Свои гекзаметры считай,
Покуда облака лениво
Заходят за небесный край.
Морские медленные байки
Рассказывай из века в век,
Пока цитируют их чайки
И забывает человек…
Облаков собирается стая,
Загораживая синеву…
Осень, осень, весь век тебя зная,
И зову тебя и не зову.
Но тебе и не надобно зова,
Хмурь рассеется, солнце взойдёт,
И всё золото мира земного
Явишь нам от великих щедрот.
А потом нищета, прозябанье —
И школяр на примере таком
Про сложенье и про вычитанье
Всё поймёт, посмотревши кругом.
Душа тоскует в межсезонье,
В осенне-зимнем промежутке,
Где крики горестны вороньи,
Где в сумерках мелькают сутки.
Где чем длинней воспоминанья,
Тем сны прощальней и короче,
Где города теряют зданья,
Где люди дом теряют отчий.
И не с кого спросить ответа —
На то и межсезонье, значит,
И нет ни света, ни просвета —
День прячет ночь, и ночь день прячет…
Ночной тоски внезапной
Что горше и черней?
И ты, как зэк этапный,
Опять в толпе теней.
Опять на пересылке
Конвойный тряс шмотья.
И холодком в затылке
Вменённая статья.
Режим налажен строго,
Жестоки времена…
Чего просить у Бога —
Свободы? Смерти? Сна?
Среди ноябрьской непогоды
Проходят дни, а может, годы.
Всё тот же ветер, мокрый снег
И неба смутные разводы…
Проходят дни, а может, годы.
О Господи, проходит век.
И лужи тёмные зияют,
От скуки словно бы зевают,
Пустые разевая рты,
И в них замедленная морось
Сквозь облаков глухую прорезь
Дрожа, сочится с высоты.
И нет конца. Ноябрь всё длится.
Всё те же разговоры, лица
На протяженьи долгих лет.
Как лужа тёмная, зияет
Вселенная, как бы зевает,
Заглатывая белый свет.
