Таким образом прошло, судя по таймеру, двое суток, когда мы заметили, что скорость поезда стала ощутимо медленнее. Харир прошёл к Каунасу, сел вместе с ним вместо дежурного воина, а дварфы вдруг скинули своё обычное сонное оцепенение и засуетились, доставая из-под скамеек ящики; видимо, началась подготовка к скорой высадке. Я тоже пошёл в первый вагон полюбопытствовать.
А посмотреть было на что. Харир готовил движитель к работе, вынимая многочисленные фиксаторы из шарниров с помощью различных инструментов, добиваясь того, чтобы обтекаемая труба могла свободно двигаться на своих ножках-креплениях. Ещё я увидел, что он протестировал не только движения трубы вверх-вниз, но и покрутил ею по сторонам на манер диковинного орудия. Затем он смазал несколько сочленений каким-то маслом и, убедившись, что всё работает как надо, закрыл колесо с кристаллом и прыснул на него несколькими короткими импульсами энергии для калибровки.
Только после этого он уселся на втором стуле и заявил, что теперь всё готово. Каунас не стал меня прогонять, поэтому я остался, стараясь отвечать гному тихо, дабы не вызвать его недовольства. Станцию я вполне ожидаемо проморгал и вздрогнул от неожиданности, когда командир вдруг скомандовал: «Тормози!».
Харир же отреагировал мгновенно. Прервав разговор на полуслове, он бросился к «трубе» и запустил струю воздуха сложным импульсом, который мне удалось рассмотреть и запомнить, заметив краем глаза сообщения в системном окошке об успехе в навыке колдовства и начислении опыта. Явно на пределе своих способностей, Харир стал вливать в кристалл магию ветра широким потоком. Я подошёл и попытался помочь. Положив гному ладонь на затылок, я начал посылать в него сырой поток энергии, которую мог собрать своими более обширными и без преувеличения более мощными энергетическими каналами.
У меня перед глазами тут же выскочила табличка
Станцию впереди я увидел лишь через несколько минут и подивился остроте зрения командира поезда. Хотя, возможно, тут имелись некие знаки, сигнализирующие о близости станции, о существовании которых я мог просто не знать. По обе стороны от путей темнели сделанные в стенах туннеля расширения, и уровень пола у них как раз соответствовал высоте пола вагона.
Харир, мастерски управляя струёй ветра, останавливал поезд точно на уровне станции и вырубил поток только тогда, когда поезд окончательно прекратил движение. Каунас встал, вынул один из ломов из ящика и, подойдя к «трубе», вставил его в жёлоб через спицы колеса. Я тут же увидел, как из кристалла к этому гигантскому болту потянулся тонкий волосок магии. Гном поводил из стороны в сторону движителем, теперь превращённым в некое подобие гигантского арбалета, и кивнул командиру. Тот одобрительно похлопал его по плечу и пошёл к среднему вагону, жестом позвав меня за собой.
Там воины уже раскрыли дверь с одной стороны и выскочили на станцию. Мы направились в вагон и увидели, как наружу выходят эльфы. Гильт дожидался меня, приготовив щит и вытащив молот. Выбравшись из вагона вслед за Каунасом, мы увидели просторную площадку, в центре которой виднелась яма для костра: рядом с ней возвышалась поленница дров.
Воины уже успели проверить всю площадку и сейчас выходили из дверей, имеющихся справа и слева в этом подобии полупещеры. Каунас пошёл к ним навстречу.
— Ну как? — поинтересовался он.
— Всё чисто, — отрапортовали двое из дварфов.
— Отлично, — кивнул командир и указал одному из воинов пальцем. — Дуй в конец поезда и смотри за туннелем. Ты смени Харира. Остальные со мной.
Дварфы вернулись в вагон и вскоре показались снова, неся в руках ящики. Эльфы разошлись по сторонам, контролируя подходы, а я подошёл к яме, желая убедиться, что это действительно кострище. Гильт держался рядом, и я чувствовал его желание защитить меня.
Каунас с воинами затащили ящики в комнату справа, и я подошёл посмотреть, что там. За металлической дверью без признаков какого-либо замка было небольшое помещение, где находились множество ящиков и пара бочек. Дварфы уже поставили свои, взяли пару тех, что поменьше, и потащили их на площадку. Из ящиков они извлекли нечто вроде составных топчанов и принялись устанавливать их у дальней стены, как раз между дверьми. Когда четыре лежака были установлены, из вагона вышел Харир и подошёл к нам.
