— Платина, — пояснил он и сунул находку в сумку. — Или это месторождение на редкость богато, или нашей малютке здорово везёт. — Выпрямившись и отряхнув руки, Гильт добавил: — Это лавовая руда, зачастую в ней попадаются драгоценные камни, рубины, сапфиры, оникс…
— Оникс мне совсем не помешал бы, — уцепился я за знакомое слово.
— Любые драгоценные камни нам не помещали бы! — воскликнул Ванорз.
— Однако мы здесь не за этим, — одёрнула нас Хамель. — Пойдёмте!
— Период близится к концу, — заметил я, и дварф согласно кивнул. — Давайте ещё немного углубимся, а потом устроим привал. Как раз пока мы спим, Гильт может покопаться в руде, заодно и посторожит.
— Плохой из дварфа сторож, если он занят рудой, — усмехнулась эльфийка. — Впрочем, идея неплохая, а посторожить могу и я.
Мы всё дальше и дальше продвигались по тоннелю, а он по-прежнему оставался прямым и широким. Пожалуй, тут вполне могли бы разъехаться две телеги. Радовало по крайней мере отсутствие ответвлений. Очень быстро тьма сгустилась и стала кромешной. Хамель извлекла из своей сумки маленький овальный бутылёк, который засветился слабым голубым цветом, как только она взболтала его содержимое.
Через пару часов мы решили наконец остановиться и разбить лагерь. Как только мы устроились на спальных мешках, — для Альмы эльфийка достала один из запасных, — Хамель раздала нам свёртки с едой. Гномиха буквально накинулась на съестное, едва только поняла, что ей предлагают. Поначалу она пожирала содержимое торопливо, бросая на нас агрессивные взгляды и прикрывая еду всем телом, будто опасаясь, что мы собираемся отнять её. Мы же молча протягивали ей один свёрток за другим, и она вскоре успокоилась, перестав походить на загнанное животное. Хотя всё равно ела она странно: иногда разламывала бутерброды на куски, чтобы положить их один на другой и откусывать по краям, то и дело перекладывала отломанные кусочки, а иногда отрывала от вяленого мяса полоски и махала ими перед глазами. Впрочем, от четвёртого свёртка она отказалась, проявив достаточную вменяемость в своём поведении. Хотя за угощение она нас так ни разу и не поблагодарила, принимая свёртки как должное.
— А не поспешили ли мы, так быстро покинув Гашм? — спросил Ванорз, закончив трапезу. — Могли бы заночевать там и проконтролировать ситуацию.
— Это не наша забота, — тут же сурово возразила Хамель. — Мы и так уже сделали слишком много. Представь, что Бекан решит убежать, или взбунтуются его подельники… мы окажемся втянуты в нелепую схватку, что приведёт к ненужным тратам, возможно, ранениям, а это ослабит нас в достижении цели нашего похода. Безымянный принял правильное решение.
— Если честно, — в моём голосе проскочила изрядная доля досады, — я просто боялся грохнуть сгоряча этого старосту… Уверен, что без него там не обошлось.
— Староста, несомненно, замешан, — кивнула Хамель. — Я скрытно послушала разговоры собравшихся тут и там гномов, и, насколько можно по ним судить, вина старосты в творящихся в Гашме гадостях едва ли не больше, чем у приходящих раз в сезон вояк. Хорошо ещё, что нам не пришлось сражаться…
— Да-а, — потянул эльф с несколько натянутой усмешкой, — ты здорово их всех напугал!
Возможно, мне почудилось, но в словах Ванорза прозвучала некоторая тревога, будто он опасался. Опасался не меня, а, скорее, за меня. Хамель же лишь кровожадно рассмеялась в ответ, и её лицо приняло какое-то загадочное выражение, словно её согласие и одобрение были продиктованы пониманием некой тайны, которую она предпочитала держать при себе. На меня же она при этом смотрела будто на соучастника чего-то такого, о чём я точно знал, так что мне оставалось лишь гадать о причинах такого поведения.
Отдых прошёл спокойно, разве что иногда тревожил стук молота Гильта, доносящийся из темноты туннеля. Я улавливал радостные мысли дварфа, он был счастлив хотя бы на время окунуться в родную стихию. Альма спала как убитая, я не слышал даже её дыхания. Хамель сидела в позе медитации, но я чувствовал, что она внимательно следит за коридором. Ванорз спал как обычно, изредка посапывая и ворочаясь, и в эти моменты он совсем не походил на эльфа.
Позавтракав, мы продолжили путь. Гильт посетовал, что на месте нашей стоянки не оказалось толковых залежей и он не нашёл ничего действительно ценного. Однако же дварф передал Хамель весьма приличных размеров мешочек с добытым материалом. Я попросил посмотреть и достал из мешка восьмигранный, поблёскивающий металлом кристалл, практически чёрного цвета, примерно такими же и был заполнен весь мешок. Гильт объяснил, что это железо, а у меня в голове промелькнул термин магнетит.
— На меч вряд ли хватит, — добавил дварф, — но пару добротных ножей я вполне мог бы из этого выковать…
Я вернул мешочек Хамель, и она молча убрала его в свою сумку хранения.
