Гильт спросил у Яозу, не найдётся ли у них маленького металлического щита. Они долго разговаривали — дварф, видимо, растолковывал, что именно ему нужно, — после чего ему притащили овальный щиток размером чуть больше ладони, который он приделал к левому наручу на манер баклера. Крепления уже имелись, как и остатки механизма под щитком, который, судя по всему, должен был выбрасывать из-под него небольшой шип. Весь остаток вечера дварф провозился, пытаясь понять принцип работы механизма и как его можно использовать. Сразу скажу: ничего дельного он так и не успел сделать.
А вот мне успели сделать кармашек под гримуар, причём даже несколько раз вносили изменения, попросив меня убирать и доставать его, чтобы оценить, как будет удобнее. Ярна же просто расположилась на диване и всё это время делала вид, будто дремлет. Ну или мне так показалось. Может быть, драконы медитируют, как эльфы… но, возможно, таким образом она всего лишь хотела избавиться от лишнего внимания.
Наконец Яозу объявил, что время пришло, и мы провели последний смотр: я прицепил к поясу меч и кинжал, посох — на спину; Гильт имел на поясе молот и пламенный меч; и только Ярна, которую вся суета обошла стороной, выглядела такою же, как всегда.
Потом группа диверсантов провела нас по коридорам к подземному ходу. Это был не тот ход, который вёл в город, — он вывел нас к замаскированному щитом с зеленью выходу неподалёку от городских стен. Дальше мы осторожно пробрались по ложбинке к другому замаскированному входу, который вёл уже в подземный ход под стенами. Оснащённый опорами, он больше походил на шахту, и я без слов чувствовал возмущение дварфа по поводу качества выполненной работы. Судя по его эмоциям, он бы не удивился, если бы вот-вот случился обвал.
К счастью, ничего страшного не произошло и мы благополучно выбрались в подпол какого-то здания в городе. Оказалось, это был дом зажиточного купца, симпатизирующего повстанцам, но до восстания никаким образом к ним не причастного. После провала восстания и последующих чисток он только укрепился в своих симпатиях и предложил использовать свой дом как потайной ход за стены. К тому же такой путь отлично годился для контрабанды, что вызывало у местного дельца лишний повод для верности.
В подполе мы не задержались. Купец провёл нас в одну из роскошных комнат с окнами на втором этаже, откуда мы смогли немного поглазеть на близлежащие улицы. В городе царила праздничная атмосфера: соседние дома были украшены цветочными гирляндами, всюду перекинуты верёвки с развешанными на них флажками и разными украшениями. В наступившей темноте весело светились многочисленные зажжённые фонарики забавной бочкообразной формы. Прохожих было не очень много, но всё же достаточно для того, чтобы нам пришлось ждать глубоко за полночь, пока улицы не опустели полностью.
Потом диверсанты, прихватив с собой из дома купца два здоровых арбалета и взвалив на спину по рюкзаку, повели нас тёмными улочками к дворцу. Из окна я приметил расположенную неподалёку площадь и благодаря этому ориентиру понял, что блуждаем мы не абы как, а по заранее продуманному маршруту, далеко не самому кратчайшему. Но расчёт союзников оказался верным, и за час наших перемещений по городу мы ни на кого не наткнулись. Возможно, кто-то нас и заметил из своих домов, но тревоги не поднял.
Дворец представлял собой массивное прямоугольное сооружение по типу замка, с водным рвом вокруг и четырьмя воротами. За высокими стенами с бойницами возвышалось величественное многоярусное здание с характерными вытянутыми и вздёрнутыми вверх краями крыш каждого яруса. Пагода, промелькнул у меня в голове термин. Венчал этот многослойный пирог домик-башенка с крышами, нарушающими крест-накрест симметрию предыдущих этажей, и многолепестковой крышей сверху, которая, судя по золотому блеску, должна была олицетворять солнце.
Между рвом и ближайшими домами имелось больше десяти метров свободного пространства, которое должно было прекрасно просматриваться с крепостной стены. Однако край стены был высоко и никакой стражи там я не увидел, а через бойницы заметить нас было сложно. К тому же в этой свободной зоне у рва было устроено нечто наподобие парка, с тропинками и кустарником, так что кое-как укрыться всё-таки было можно. Однако действовать всё равно следовало быстро.
