— Алексей Федорович! — подходит ко мне солидный мужчина в дорогом деловом костюме, он охотно протягивает крепкую руку с крупным перстнем на пальце и говорит: — Поздравляю вас с победой! Совершенно искренне, вы не подумайте. Это было великолепно, если не сказать — феноменально! — явно приукрашивает он, но и на том не останавливается: — Нам было очень интересно смотреть за вашей «игрой».
— Спасибо, — не спеша отвечаю и даю недвусмысленно понять интонацией, что хочу назвать имя собеседника, но просто не знаю его.
— Василий Владимирович Пшенов, — представляется он с улыбкой и добавляет: — Один из организаторов «Острова».
— Василий Владимирович, — чуть киваю в знак уважения, — представляю, какой это труд, — а самому хочется уже уехать и отдохнуть, но приходится соблюдать этикет и все эти словесные расшаркивания: — Для меня большая честь быть одним из участников, ведь это опыт, который не получить больше нигде. По крайней мере, именно таким образом.
Пшенов одобрительно улыбается на мои слова, в то время как остальные благородные толпятся рядом с нами. Но никто не решается его перебить. Стало быть, и правда, очень важный человек на мероприятии.
— Так вы уже уходите, Алексей Федорович? Не сочтите за навязчивость, но по традиции я должен объявить победителя со сцены. Скажите несколько слов, улыбнетесь публике, и земли будут вашими уже сегодня, а не через неделю, — в этот момент глаза Пшенова сверкают хитростью, заодно своей речью он подчеркивает, что у меня есть выбор. — Вы же не хотите ждать?
Похоже, традиция, действительно, серьезная, иначе бы на меня не попытались надавить таким сомнительным образом. Впрочем, ждать еще целую неделю желания нет никакого. Плевать, сил выступить со сцены у меня хватит.
— Кто я такой, чтобы нарушать традиции? — я окидываю взглядом здание на берегу: — Мне бы только переодеться.
— Разумеется! — белозубая улыбка Пшенова сверкает на всю улицу. — Мы вас подождем.
По пути к зданию, где до начала «игры» мне выдали все необходимое, я замечаю парня с девушкой — оба светловолосые и загорелые.
Держась за руки, они идут мне навстречу. По их манере держаться понимаю, что это и есть та самая парочка, которая попалась мне во время этого испытания. Они ничего не говорят, лишь кивают с легким намеком на улыбку. Отвечаю им тем же, но не больше, потому что не горю желанием общаться с такими… интересными личностями.
⁂
Просторная зала, полная молодых аристократов. Причем не только зрителей, но и участников «Острова». Какое-то время мне приходится сидеть за столиком и ждать своей минуты славы. Пусть я этому и не рад, но это слишком хороший способ заявить о себе, а репутация мне не помешает.
Ведущий, тот самый Пшенов, что-то говорит со сцены. Приглашает других участников. И всё в таком духе… Не очень мне это интересно. А вот пообщаться с боевым офицером и другими интересными участниками, что сидят со мной за столиком — вполне. Даже полезно.
— Дамы и господа, а теперь к вашему вниманию…
В этот момент я, поправив воротник классического костюма тройки, встаю и уверенно шагаю к сцене. А что? На базе проекта нас тоже учили выступать со сцены, и даже тому, как красиво и содержательно говорить.
Вот только на всё это у меня совсем нет сил. Держусь на публике бодрым и активным только потому, что не могу иначе. Самому хочется спать. Очень хочется… но репутация есть репутация.
— … Алексей Федорович Орлов! Он же «Двадцать второй»! Он же — непревзойденный победитель! И «игрок», который показал самое интересное восхождение за всю программу нашего мероприятия! — Василий Владимирович протягивает мне микрофон и чинно кланяется.
— Двадцать второй! — гордо и громко вторю ему я, а затем протягиваю заранее подготовленную артефактную маску с этим же номером над головой. — Пусть это число войдет в историю «игры», как и мой путь к победе!
Зрители реагируют относительно сдержанно. Никто не позволяет себе кричать, уж тем более громко свистеть. Максимум — люди хлопают в ладоши, скорее всего, это тоже дань традициям. Хотя, кто-то аплодирует вполне искренне.
Я держу маску над головой и улыбаюсь. Публика хочет меня отблагодарить за зрелище овациями, так зачем же их этого лишать? Наверняка, тоже традиция.
Вдруг замечаю за одним из столиков крупного парня с рыжим ежиком волос на голове. Он совсем не хлопает, скорее, вообще не испытывает эмоций. Разглядывает меня, явно оценивает. И тут мы встречаемся взглядами. На его лице появляется легкая ухмылка.
Что же, теперь я знаю, как выглядит «Одиннадцатый» и по совместительству еще один «Близнец». Он специально показал себя, не иначе.
— Спасибо всем! — громко говорю со сцены. — Прошу меня извинить, мне пора: дела рода.
И кто сказал, что срочный неотложный отдых не может быть таковым? Действительно, ведь, держусь только на волевых. А за безупречным лоском внешнего вида скрывается такая усталость, что я едва на сцене не засыпаю.
⁂
— Приехали, Алексей Федорович! Приехали! — слышу голос Федотова сквозь крепкую дрему.
