На этой основе постепенно сформировались гигантские молохи, которые ведут тщательное расследование в отношении каждого отдельного человека. Созданию подобной ситуации способствовала и инфантильность человека, утратившего свою креативность.
Человек, потерявший способность к творчеству, не реализующий свои возможности, дарованные ему природой, в результате воздействия монитора отклонения и стереотипов и в меру своей инфантильности способствует разрастанию и упрочению внешнего насилия.
Потенциал, не развившийся в жизни, превращается для субъекта в чудовище. Система многократно усиливает то, что происходит в индивидуальной психологии: макросистема порождает огромного молоха, великого Левиафана, который вынуждает человека жить по принципу: «Человек человеку – волк».
Если бы когда-нибудь великие нации объединились в одну, то люди потеряли бы свою индивидуальность, приобретя взамен порядковый номер для каждого члена этого сообщества, которым бы человека обозначали в любом уголке планеты, куда бы он ни направился и что бы он ни делал.
Что я хочу этим сказать? Кажется, что мы сами – добровольные создатели этого гигантского монстра, который управляет нами своими черными щупальцами. Кажется, что в самой жертве есть некая скрытая интенциональность, которая возбуждает и проводит полицейское расследование, в какой бы форме оно ни выражалось.
Понятие «государство»[165] принуждает индивида отождествлять себя с неизменностью, фиксированностью. Следовательно, оно всегда являет собой кризис истинного искусства, истинной науки, истинного человечества.
Если глубоко проанализировать все юридические парадигмы в процессе их развития, то они окажутся всего лишь диалектическим выражением некоей идентичности, которая рядится в различные карнавальные костюмы. Они иногда кажутся эволюционными лишь потому, что данный судья, адвокат или преступник привели ситуацию в движение, детерминировав, пусть даже косвенно, обновление в каком-то их изначальном применении. На самом деле, чем больше становится законов, тем в большей степени человек оказывается закабаленным. Единственное, что может нас оправдать, это попытка идти в ногу с последним отстающим.
Любой «мундир» государства является провокатором (семантизирует) психического преступления, вплоть до снижения внешнего насилия. Необходимый для инфантильных, недееспособных или склонных к социальному насилию субъектов «закон» упрочивает в них экзистенциальную неполноценность.
Мы вынуждены сопротивляться определенным правилам государства, полагая его могущественным, или бояться его, потому что оно умно, однако в действительности оно ни могущественно, ни умно. Нечто происходит, но только если этого хочет хозяин. В подобном случае именно очередная жертва оказывается тем, кто каким-то образом это предопределил. Впрочем, сновидения полностью это подтверждают: они показывают, какие действия субъекта приводят его к беде (экономической, финансовой, налоговой, юридической и т.д.), причем этот процесс абсолютно идентичен процессам, имеющим место в психосоматике или несчастных случаях, например, дорожных происшествиях.
Кроме того, в некоторых субъектах это заложено как свойство характера, аналогичное характеру их комплекса. Их отличает патологическая способность вводить разрушительный заряд в субъект-душу. Речь идет о людях, активизирующих несчастья, но с ними при этом обычно ничего не происходит, потому что расплачиваться всегда приходится «голове».
Практический совет: никогда не оставляйте у себя за спиной того, кто фрустрирован из-за вас. Поэтому в подборе своих сотрудников[166] никогда не руководствуйтесь их «преданностью», обольщаясь лестью или искренней любовью этих людей, которые в дальнейшем могут оказаться несостоятельными в сложных служебных ситуациях. Выбирать надо, наоборот, тех, кто использует начальника для реализации собственных интересов, тех, кем движет личный эгоизм, кто верит в свой труд, поскольку, служа хозяину, они получают возможность сделать карьеру, отличившись на избранном поприще, улучшить свое материальное положение и установить нужные связи. Выбор всегда должен соотноситься с тем, чего требует определенное действие.
