Когда — то, только начиная, провисел в учебной подвеске часа два в динамике, хотя и знал, что она не рассчитана на длительные полеты. В итоге ременная система, больше предназначенная для пробежек, передавила на ногах сосуды. Мне садиться — а я ног не чувствую. М — да… Между прочим, разминать ноги перед посадкой начал как раз после того случая, не забывал и в «новой жизни». Что ж, еще косяк в копилочку, обусловленный усталостью.
Так или иначе, к моменту, когда на меня наткнулись ребята, я уже в холщовке, плаще и сапогах восседал на поваленном дереве. Изображать усталость было не нужно.
— Феникс!? Ты… ты как здесь?
— Аня, не кричи, медведей распугаешь. Ребята, есть что перекусить? Что — то я вымотался.
Руслав молча скинул с плеча отощавший мешок, покопался, вытащил кусок черствого хлеба.
— Через час уже на посту будем, пошли. Там в трактире отдохнем, нормально перекусим…
— Ладно, Аня, давай короткий привал сделаем, — вступился за меня парень, глядя на то, как я жадно вгрызаюсь в краюху. — Рад тебя видеть, Фес. Живым.
Костра не разводили. Руслав вытащил все съестное, которого оказалось очень мало, они с эльфийкой жевали чуть — чуть, больше за компанию, так как некий гордый травник отказался есть «в одно лицо».
— Как прошло? — не прекращая жевать, обвел попутчиков взглядом.
— Да так, — сидящий прямо на земле парень изобразил неопределенный знак рукой. Лица у обоих отрешенные, одежда драная и в пятнах крови, у Руса из оружия на виду только меч. — Живы.
— Тяжко пришлось?
— Тяжко, — без затей кивнул Руслав. — Представляешь, сколько ни петляли, орки всегда на нас выходили. Черт, я понимаю, если бы мы от эльфов пытались убежать, но эти никогда не были лесными жителями!
— Слушай, Рус, я когда наверху был, видел, как над лесом кружила какая — то крылатая гадина. Не знаток, но мне показалась, что это гарпия была. Может, она на вас наводила?
— Гарпия? — парень приподнял брови. — Не, исключено! Орки ненавидят и стремятся убить всех, кто не является орком. Гарпии такие же. Благодаря этому они не могут объединиться, хотя живут относительно рядом. И слава богу, а то на севере стало бы жарко.
— Да, но… — я чуть было не ляпнул «я же видел», вовремя прикусил язык.
— К тому же вряд ли виденная тобою тварь была корректировщиком. Орков в какой — то момент как обрезало, а она еще долго над нами кружила.
— Ага. Я вообще минут двадцать назад ее видела. Ты, кстати, не заметил?
Я с самой честной мордой покачал головой и поспешил перевести разговор со скользкой темы:
— А ты, Рус, говоришь «орков как отрезало». В каком смысле?
— Да понимаешь, нас ведь почти добили, — Рус вздохнул. — Сначала догоняли по двое, максимум трое почти сразу, как расстались. Но мы свеженькие были, раскатали их быстро. После две или три пары, не помню — все слилось. А потом мы прямо на засаду вышли, они словно ждали. Четверо. Двоих мы все же убили, но и у нас все — край. У меня из оружия только меч оставался, а тут и он…
Парень вытащил из ножен полуторник, от клинка оставалась едва ли треть.
— Вижу, Аню один недобиток за плечо схватил, а я и помочь не успеваю. Тут еще двое набегают… Если честно, уже локацию возрождения мысленно представил, — Рус замолчал, видимо, заново переживая недавние события.
Молчала, уставившись землю, Анахита. Пауза затянулась, я уже хотел было влезть со своим «и что же дальше?», как Рус словно очнулся:
— И вдруг, представляешь, орки разворачиваются и ходу! Я было решил, что подмога какая. Оглянулся — вокруг ни души. Стоим мы с Аней, смотрим друг на друга ошалевшие, отдышаться не можем. Ты знаешь, я понял, что чувствуют те, кому у стенки помилование оглашают. До сих пор голову ломаю, что могло их спугнуть?
И добавил, уже другим тоном:
— А вот уже потом, времени… — вопросительно глянул на Анахиту, — ну прилично так спустя, прилетела твоя хрень кружить над нами.
Сам ты хрень, Русик!
— А у тебя как? Расскажешь?
Ох уж это женское любопытство!
— Да чего рассказывать — то? Вы, наверно, всех наличных орков за собой утащили. Видел, как трое за вами помчались. Извините, стрелять им в спину не стал.
Руслав только кивнул с пониманием. Я продолжил:
— Потом подождал чуть — чуть. Поднялся — никого. Нашел эдельвейс, спустился и пошел напрямки к посту, его сверху немного видно. Вот, собственно говоря, и все, — развел я руками.
— Ты у нас прямо, как Бильбо Беггинс, незаметный маленький вор. Постой — ка, — девушка игриво подмигнула, — а ведь ты маленький и щупленький. Да ты хоббит, точно!
Ее взгляд скользнул вниз:
— Так вот зачем тебе такие сапоги! Скрывать свои лохматые ноги! Ну — ка, показывай их немедленно!
Анахита сделала вид, что тянется, я инстинктивно отдернул ногу.
— Аня, хватит дурачиться, — Руслав, пытался сохранить серьезность, — ты же знаешь, что в игре нет хоббитов!
— А этот, наверно, экспериментальный!
И девчонка закатилась в приступах хохота. Глядя на нее, воин тоже прыснул раз — другой, утер слезу, а потом, не выдержав, сам залился смехом. Я откинулся назад, прикрыл глаза и почувствовал, как лицо само — собой растягивается в блаженной улыбке идиота.
