— Да нет, ты не подумай, что у нас с ними какие — то терки, — в одном небе летаем. Буквально. Как правило, большинство летных мест подходят и для па́риков, и для нас. Ну разве что у них требования к местам для посадок поменьше, поэтому в той же Турции дельт не встретить. А так нормальные они ребята, у меня масса друзей среди мягкокрылых. Просто у них порог вхождения ниже и их больше, — усмехнулся я, — так получилось, в большой толпе полетел только на второй сезон. Естественно, за все то время, пока варишься в тусовке, успеваешь проникнуться всеми требованиями и регламентами. А у них? Представь, человек приехал куда — нибудь учиться, у нас это скорее Крым или Юца. И уже через неделю он вылетает в динамике в большой толпе. Посмотреть с земли, когда в воздухе много парапланов, — так это же натуральный суп! А у парня еще никаких представлений: ни о правилах расхождения, ни о том, как себя вести на посадке! Вот и косячит…
Тут я заметил, что девушка меня совсем не слушает. Вот блин, а я тут, понимаешь, оседлал любимого конька!
— Ладно, Аня, я тебе поесть не даю. Давай как — нибудь в другой раз?
Эльфийка подняла на меня глаза:
— А он будет? Этот другой раз?
Я осекся. Внутри что — то сжалось и ухнуло вниз, как будто влетел в сильную турбуляку, крыло резко просадило и я на миг лишился опоры. Сглотнув, протянул руку, накрыл кисть девушки. Физически ощущая тяжесть своего взгляда, оторвал его от стола, поднял и растворился в ее глазах.
— Конечно будет, — в горле внезапно пересохло, я с трудом вытолкнул слова.
— Кхм…
Надеюсь, я все — таки не вздрогнул — у столика стоял Руслав. Когда он подошел? Впрочем, о чем я? Секунду назад весь мой мир состоял из куска дощатого стола, небольшого масляного светильника и девушки напротив.
— Там это, начкар пришел. Я пойду расскажу об орках. Вы тут ешьте, но он может захотеть с каждым поговорить, потому что орки — это серьезно. Ну я уже рассказывал. Ладно, пойду.
Как нехорошо получилось! Я проводил взглядом рослую фигуру. Парень прошел в угол у стойки и по винтовой лестнице поднялся наверх. Перевел взгляд на девушку, набрал воздуха…
— Сколько лет, сколько зим! Феникс?! Здорово! Какими судьбами?
Возле нас стоял классический местный селянин: безрукавка из грубой ткани, из — под нее синяя вышитая рубаха, свободные портки, заправленные в просмоленные сапоги. Ага, «местный», как же!
— Привет! Присядешь?
Издеваюсь, конечно. Как же, присядет он!
— Да не, что — то душно здесь. Подышим?
— Ну пойдем покурим.
Мы вышли. Солнце скрылось, тени поблекли и почти растворились в начинающем сгущаться сумраке. На вышках и над входами зажглись огни. Сейчас самое время, устроившись с кружкой в освещенной таверне, слушать музыку, предаваться застольным беседам «а вот помню, был со мной случай». Но нет, пожаловали по мою душу.
— Феникс, а вы не думаете, что обращаться к НПС — персонажу с предложением «пойдем, покурим» это как — то неосмотрительно?
— Да кто ж тебя здесь за непись — то принял?
— Мы разве настолько знакомы, чтоб тыкать? Я, между прочим, с вами на вы.
Здрасте, приехали. Ты меня на место что ли поставить решил? Ладно.
— Так и с чем вы пожаловали? Нельзя было обычного админа прислать?
Обычные представители игровой администрации, призванные, с одной стороны, приглядывать за игровыми правилами, а с другой — работать первой линией техподдержки, были стилизованы под ангелов: светлые и сияющие одеяния, белоснежные крылья, золотистые нимбы. Униформа, так сказать. Девяносто девять и девять в периоде игроков сталкивались только с ними.
— Давайте знакомиться. Я ваш новый куратор в проекте «Икар», можете называть меня Радамант. С недавнего времени отвечаю за взаимодействие с тестировщиками.
— А где Глеб?
На мгновение мелькнули нехорошие предчувствия, но разраб «успокоил»:
— Не понимаю, почему должен отвечать на ваш вопрос, но один раз сделаю исключение. У Глеба Игоревича и так слишком много работы, чтобы еще и подтирать сопли тестерам. Это, в конце концов, нерентабельно.
Я в изумлении уставился на собеседника. Что за обуревший персонаж? Но поскольку события дня вымотали меня вконец, обострять не стал:
— Вернусь к своему вопросу: чем обязан?
Собеседник как будто не слышал вопроса. Пару минут он в задумчивости разглядывал окружающий пейзаж, небо, еще подсвеченные закатным солнцем облака. Не сводя с них взгляда, проговорил:
