— Логгер Ведо Исир — капитан корабля? — спрашиваю я. Мне до сих пор ничего почти неизвестно о моих тюремщиках.
“Господин Исир — единственный владелец Ишияк, — отвечает Илма, — Думаю, можно согласиться с тем, что он капитан судна”.
Я киваю. Интересно, сколько людей еще на корабле? Есть ли иные пленники?
Задаю эти вопросы голосу, но получаю ожидаемый ответ, что программа не уполномочена сообщать мне подобную информацию.
“Я здесь, чтобы помочь разобраться в бытовых вопросах”, - заявляет Илма.
А еще чтобы следить за мной, понимаю я.
— Я могу покинуть эту комнату и встретиться с капитаном?
После некоторой паузы в одной из стен помещения открывается проем, и я с опаской выхожу вовне.
Пространство за пределами моей камеры напоминает широкий люминесцирующий туннель. На полу проступает еще одна полусфера. Она приходит в движение и, подобно катящемуся в воде шару, двигается вглубь тоннеля. Подавляю желание вернуться назад в хорошо знакомую камеру.
— Следуйте согласно указателю, — дает подсказку Илма, и я решаюсь.
Продвигаюсь медленно и осторожно. Радуюсь, что здесь нет иллюминаторов. Должно быть, коридор проходит по центру корабля.
Внезапно он ныряет вниз, и я оказываюсь в просторном помещении, стены которого напоминают сросшиеся стволами деревья, кроны которых формируют купол. Как и в моей камере здесь нет мебели, кроме еще одной полиморфной полусферы. Видимо они являются стандартным оснащением каждой каюты. Нет и панелей управления, зато есть два таких же громадных иллюминатора, расположенных на противоположных сторонах помещения.
Следующая сфера-указатель доводит меня до небольшой платформы. Как только я ступаю на нее, невидимая сила поднимает меня наверх, и я оказываюсь в пространстве огромного стеклянного купола. Резкость и близость звезд давит со всех сторон.
В центре, вполоборота ко мне, стоит тот самый человек. Перед ним расположено нечто похожее на панель управления. Сейчас он похож на дроида: глаза открыты, но взгляд остекленел. Должно быть, его сознание тоже сейчас не здесь. Как недальновидно…
Но едва я захожу в купол, взгляд человека приобретает осмысленность. Он несколько раз моргает, уставившись на разноцветные значки на панели.
— Добро пожаловать на борт Ишияк, Тетис, — произносит он, — На твоем месте очень опрометчиво отказываться от пищи. Твой уровень энергии крайне низок, запасы корабля не безграничны, и неизвестно, когда нам удастся их пополнить.
Я продвигаюсь ближе к центру. Я опасаюсь этого человека, но пустота за куполом внушает больше тревоги.
— Нет, спасибо. Однажды вы уже угостили меня. Мне не понравилось.
Капитан скрещивает руки на груди, и этот жест кажется мне настолько человечным, что на мгновение я усомнилась, не является ли он просто безумцем, разыгрывающим бессмысленную аферу. Однако, информация, полученная мной в цифровом мире корабля, впечаталась в сознание слишком хорошо, чтобы позволить прорасти зерну сомнения. Будто эти знания были со мной всю жизнь и являлись незыблемой основой всего.
— Вынужденная мера, — говорит капитан, обращая наконец взгляд на меня, — Нет иного безопасного способа передать тебе весь объем информации, которая может быть весьма травматичной для слабой психики. Зато сейчас ты ощущаешь спокойствие, что делает тебя более рациональной. Это полезно нам обоим.
Я не смею его разубеждать. У меня есть другие вопросы.
— Я слышу женский голос. Что это?
— Ты можешь общаться с моей персональной программой через такие же импланты, которые я установил и тебе, — он указывает на свой висок. А я дотрагиваюсь до своего и обнаруживаю на нем небольшую шишку. Когда это произошло? — Илма поможет тебе ориентироваться в пространстве корабля. Но я надеюсь, ты отдаешь себе отчет в том, что свобода перемещения не означает наличие возможностей для побега.
Я киваю. Посмотрим.
— Есть ли еще кто-то выживший с Мимаса? Другие пленники?
Ведо Исир едва заметно усмехается, что выдает его человеческую сущность. Он ни капли не похож на изображения страшных инопланетян со страниц пособий по внесатурнианским формам жизни, которые служили для подготовки штурмовых подразделений к таким маловероятным, но возможным встречам. Составители могут быть посрамлены. Никто не угадал, хотя антропоморфность предполагалась как один из вариантов.
— Мы с тобой — единственные пассажиры Ишияк, — говорит капитан корабля. Возможно, он лжет, — Будь ты пленницей, Тетис, у меня не было бы причин раскрывать тебе эту информацию. Прискорбно, что ты так считаешь.
В его голосе не слышно ни грамма печали.
— Я не пленница, но не могу уйти?
— Верно. Для твоей же безопасности.
— Потому что на меня охотятся?
Ведо отворачивается. Перед ним снова материализуется «стол переговоров», и он приглашает меня сесть в одно из кресел.
— Думаю, у тебя еще много вопросов… Илма, продолжи дешифрование по заданному алгоритму до миллион первого сета.
— Задание принято, — отвечает знакомый женский голос, поселившийся в моей голове. Я понимаю, что команда могла быть отдана мысленно, но догадываюсь: она была произнесена, чтобы я уяснила принципы работы с ней.
